Десятый человек полностью

Замечание: Нас беспокоят еще такие признаки формы, как качества и функции? Материалы, характеристики, то, что «форма» «совершает», будь то машина или животное? Это толковательные концепции, зависящие от «времени» и основанные на «энергии привычки», или памяти. Эти кажущиеся действия являются разработками психики, деталями, наполняющими феноменальную картину, для которой больше ничего не требуется и не совершается. Эмоциональные и интеллектуальные проявления – это также сложные на первый взгляд толковательные психические разработки, но это не означает, что их феноменальное выражение непосредственно ноуменально. Вот почему попытка простодушных набожных людей придать божественное, то есть ноуменальное, происхождение таким концепциям и эмоциям, как, например, «божественная любовь», довольно ошибочна и вводит в заблуждение. Все это ясно описано в нескольких сотнях слов небольшой Сутры сердца, в правильном изложении, то есть при прочтении от лица субъекта, как если бы говорил Бодхисаттва Авалокитешвара, а не от лица объекта, то есть ищущего ученика, хотя на первый взгляд может показаться, что форма ее изложения, переданная переводчиками, отчаянно пытающимися объективировать все, скрывает это.

Давайте проанализируем эти разработки психики, следуя примеру Сутры сердца.

Эмоции неотделимы от намеренного действия, так же как ментальная активность неотделима от мышления.

Все скандхи существуют только концептуально: они представляют собой аналитический аппарат, стремящийся показать, что феноменальная жизнь и так называемый космос – это сознавание жизни в видимом космосе, определяемом временем и пространством, которые в свою очередь представляют собой то, что мы есть с точки зрения этих измерений.

Поэтому они не могут быть пятью различными «вещами». Они не разделены, но они и не «одно». Они тоже – феноменальный аспект того, что мы есть, то есть Я.

Пять чувств отвечают за восприятие, а шестое – за сознавание восприятия. Пять скандх составляют полный механизм психики вплоть до сознавания событий и включая его. В общем, скандхи представляют собой как восприятие, так и его толкование.

Форма, или проявление, – это функционирование, праджническое функционирование, чей статический аспект – дхьяна, а «ум» объективирует себя посредством чередования субъективного и объективного. По существу, есть только восприятие и сознавание, то есть это функционирование, и это все, чем нас можно назвать.

Шри Рамана Махарши

Мы – природа Космоса, и никакой другой природы у него нет.

В Космосе нет ничего религиозного,

Потому что нет ничего религиозного в том, что мы есть.

Таковы факты. «Мы», конечно же, – это все воспринимающие существа.

И что мы есть – это Я.

Простая истина такова:

Временность не отделима от Безвременности и наоборот.

Ничто временное не отделимо от того, что мы есть безвременно.

И оно полностью свободно от какой бы то ни было видимости.

Все различия иллюзорны (феноменальны).

Феноменально все различия кажутся абсолютными: таковы различия всего двойственного. Но с позиции недвойственности, при полном концептуальном отсутствии, такие «различия» просто не могут возникнуть, поскольку само различие – это концепция.

В таком полном концептуальном отсутствии нет ни сознаваемого объекта, ни сознающего субъекта. Я-функционирующий больше не функционирую как субъект или объект. Я больше не разделен. Будучи расщепленным, Я пребываю во «времени», будучи целостным, Я не знаю никакого «времени».

Концептуальное отрицание невозможно помыслить, и оно не может быть «одним», что также – концепция. Оно просто не является чем-то, что можно помыслить как некую вещь. Почему? Потому что то, что оно есть, – это то, что есть Я, который не мыс- лит.

Это то, что мы есть: ни что-то, ни ничто. Это просто Я, даже не «Я-йность». Мы как Я – эта безвременная бесконечность. Но какая именно безвременная бесконечность? Какой бесконечной безвременностью мы можем быть, как не «Я есть (ЭТО), которое Я есть»?

Комментарий

Обычно людям требуется много времени, чтобы осознать это. Возможно, это слишком очевидно, чтобы было легко это осознать. Но когда однажды это стало ясно, разве тогда уже не будет по-настоящему трудно не осознавать этого?

Фраза «слишком очевидно» в действительности означает, что это находится здесь всегда, «прямо перед глазами», как говорят Учители, как очки, сквозь которые ты смотришь, не осознавая их.

Еще точнее: поскольку «это» невозможно превратить в объект, требуется субъективное смещение, чтобы «быть» этим, даже интуитивно. Возможно, такое субъективное смещение, которое, будучи постоянным, становится пробуждением от кошмара «связанности».