Джессамина все еще поддерживала ее в своих руках, чтобы та не свалилась.
–Мама?
–Да, дорогая?
–Я хочу домой, – она практически прошептала эти слова, не в силах выговорить их громко. Теперь боль пронзила уже не Джессамину, которая избавилась от нее, стоило ей прогуляться с дочерью в самом безлюдном уголке. Теперь боль била по самой девочке. Джессамина же чувствовала себя просто прекрасно.
И беспокойство, с которым она провела все сегодняшнее утро, заставляя себя следить за временем, пропало точно также…
–Ты же не будешь запираться в своей комнате, как придешь? Ты же обещала мне, что проведешь время с сестрой, которая…
–Я хочу… Домой.
По голосу девочки было слышно, что она хотела закричать, заколотить руками или даже просто броситься от Джессамины самым обиженным шагом в сторону выхода из Парка, но сил для этого у нее уже не было.
Настроение ее стало ужасным, но еще ужаснее становилась боль по всему ее телу, которая росла и росла, не позволяя своей хозяйке даже прошептать слова чуть громче.
Девочка так и продолжала стоять на месте, глядя в одну точку. Смотреть куда-то еще было не в ее силах. Двигаться – тоже.
Все теперь давалось через адскую боль…
–Хорошо, хорошо, – подскочила к ней Джессамина и приобняла за плечи. – Пойдем к выходу. Может…
–Не надо никого вызывать! – все же закричала она самой жалкой попыткой, что только слышала Джессамина в своей жизни.
Что слышала Джессамина практически каждую прогулку с дочерью.
Отличием были лишь те прогулки, когда девочка не могла даже попытаться закричать…
–Хорошо, хорошо, – продолжала убаюкивающе повторять ее мать. – Никого не будет. Никто тебя не увидит. Только ты и я.
Джессика хотела бы сказать хоть слово, подтвердить, что рада, что та ее понимает, но не могла. Каждое слово рвало ее на части и даже малейшее движение ее глаз, заставляло ее щуриться и пытаться справиться с тошнотой еще с целую минуту.
–Может быть я хотя бы…
–Нет! Тоже нет!
Что в этот раз Джессамину уже удивило…
Обычно девочка соглашалась на предложение понести ее на руках.
Сейчас она едва ли не отказалась от поданной руки, которой ее мать хотя бы вела ее в правильном направлении.
Парк был действительно большим местом. В нем можно было легко заблудиться. Хотя учитывая, что Дар был Связан с Джессикой так сильно, как не была когда-то Связана даже ее мать, Джессика смогла бы выбраться из глубокого центра Парка даже с закрытыми глазами…
–Просто пойдем. Хорошо? – все же смогла сказать Джесс, когда прошло еще пару минут. Джессамине торопиться было некуда. Примерно последующий месяц она могла спокойно продолжать просто жить, не задумываясь ни над чем. Просто приходить в Парк и наблюдать за тем, что в нем и происходит.
За тем, ради чего и был создан этот искусственный мир…
Девочка наконец схватилась за руку матери и они пошли медленным шагом, двигаясь по самому краю Парка. Так было быстрее дойти до того же холма, который был ближе всего к Марлину.
Однако кое-что Джессамину, в голове которой жили уже совсем другие, смущало. Она понимала одну истину. Ту, из-за которой и проснулась сегодня утром, не в состоянии остановить свой крик.
Не месяц. Далеко не месяц…
Она оглянулась на Парк, смотря на него, как на своего ребенка.
Это произойдет куда раньше…
–Мама? – Джессамина почувствовала, как не заметив этого, отпустила руку Джессики и прошла лишние пару метров, оставляя ее где-то сзади. -Мама?
–Да-да, золото, я уже здесь, – она быстро вернулась к ней, беря за руку и продолжая тянуть за собой.
Уже куда сильнее…
Нет.
Это произойдет куда раньше, чем она ожидала…
–Мама! – девочка нашла в себе силы закричать. – Остановись!
Джессамина послушалась и встала на месте. Девочку все еще покачивало, но уже было лучше. Ужасно, больно и мучительно, но все равно лучше.
–Да, Джесс, хочешь постоять? – она приобняла ее и начала осматривать ее голову. – Может удар был сильным и…
–Почему я вообще чувствую боль? – девочка начала задавать вопросы, куда более правильные, нежели все, что было сказано прежде.
Конечно, кроме вопроса о ее Связи с Даром.
Этот вопрос, на который Джессамина лгала каждый раз, действительно имел значение… – Почему я потеряла сознание? Разве Он не должен был меня… Разве я не должна была этого даже не заметить?!
–Должна была, но… Может быть, Он отвязался от тебя? Всего на секунду. И в это время ты и упала. Я буду поопытнее тебя в делах Семьи и могу тебе признаться, Дар частенько зачем-то прерывает Связь, а ты этого даже не замечаешь. Уверяю тебя, скорее всего это просто стечение обстоятельств.
Однако легкие, только пришедшие в голову объяснения порой приходилось объяснять.
Особенно сейчас, когда Дар, Связанный с Джессикой, уже начал показывать, что Он не на стороне матери…
–Но как Он может Отвязаться от меня?! У меня же все еще есть Жизнь! Мне семнадцать, а не четыре столетия! У меня есть право голоса в нашей Связи! Он не может просто так взять и…
Девочка находила все больше и больше вопросов, которыми бы могла задавить Джессамину до конца.
Однако резко остановилась.
