Задолго до того, чтобы встретиться еще раз уже в Нем…
––
Санти почувствовала, как ее глаза приходят в себя, заставляя ее проснуться. Было холодно до такой степени, что ресницы, едва ли не покрылись кристалликами льда, которые заставляли напрягаться, чтобы едва поднять веки. Но Холод, который и был всему причиной, оказывался лишь признаком Его присутствия. Дара, который все это время был рядом с ней и девочкой.
Дара, к которому у Санти, вышедшей из “сна” всего секунду назад, появилось немало вопросов. Особенно сейчас, когда Он вытащил ее из воспоминания прежде, чем оно закончились…
Санти поняла, что это произошло не просто так. Познакомив их с первым воспоминанием, что было в плане Дара с самого начала, которое оборвалось без каких-либо предупреждений, Он вырвал их из “сна”, и лишь после объяснил, зачем показывал его. Сейчас же происходящее немного отличалось от прошлого раза.
Санти вернулась к жизни, ощущая леденящий Холод в доме, от которого ее ничего не могло согреть.
Вот только вернулась обратно только она…
Джессика продолжала лежать с закрытыми глазами, углубившись в диван и стиснув руку Санти так сильно, будто бы была мертва…
Она так и не вернулась…
В отличие от Санти.
Вдохнув замораживающий легкие воздух, Санти решилась поинтересоваться причиной происходящего.
–Что это значит? – спросила Санти, так и не сумев отнять свою руку у девочки, держащей ее каменной хваткой. Холод был такой, каким пронизывались все воспоминания, которыми им сейчас и приходилось заниматься.
Холод был такой, как будто бы Санти была самим Даром…
Его Голос, как и всегда, внезапно появлялся из самой пустоты, которая ощущалась внутри Санти теперь очень сильно. Он ушел от нее как можно дальше, чтобы их Связь была незаметна для Джессамины, но когда Он общался с ней через девочку, которая позволяла Ему занимать ее место, Дар снова становился таким же близким, каким, впрочем, никогда и не был.
Никогда не был у Санти… И, как она думала, никогда уже не будет ни у кого в Роду, причиной чего были Гонения. Жуткие времена, не позволяющие выделяться среди тишины, каким бы страданием это не было для Семьи.
Однако она ошиблась в своих убеждениях. И то, что их разбило, показав, что даже в такое сложное для Рода время, возможно все, лежало прямо перед ней…
Едва ли не на ней, держа ее за руку, беззащитно поджав под себя ноги во “сне”. Вот только был один нюанс.
“Сон” этот они должны были смотреть вместе.
Санти же сейчас видела далеко не воспоминания Джессики. Сейчас она видела только реальность. Красивую и королевскую, каким был весь ее дом изнутри, стоило ей поработать над этим, когда она только въехала в него. И вместе с тем такую серую и мрачную, какой она была за всей этой красивой ширмой, которую она старалась принимать, не обращая внимание на то, что происходит в мире.
В мире Рода и Семьи, скрытом от обычных людей и в его истории, в которой сейчас была черная полоса. Чересчур долгая черная полоса…
Теперь Санти видела за этими стенами ту действительность, которую ей не давали замечать раньше. И источником этого мрака была далеко не опасность с Их стороны – со стороны главного страха всего Рода и Семьи, разрушившего их спокойствие.
Этим источником была Джессамина. Та самая, что и заставила девочку творить то, о чем она не помнила всю свою новую жизнь, но о чем узнала в этом доме. И сделала это далеко не случайно. В дом “мертвой” Санти, которую та уже успела вычеркнуть из списка опасностей для своих планов, Джессика пришла не случайно, наткнувшись на него, гуляя по самой отдаленной от города дороге.
Ее привел Он. Сам Дар.
И именно Он и создал тот мир, в который только что заставил войти Санти. Мир, который был скрыт от нее до тех пор, пока она не оказалась ему нужна.
Санти оказалась в обстоятельствах, о которых не могла даже подозревать. Она впервые была Связана с Даром напрямую, впервые лично знала обладателя самой крепкой Связи, которую только видела в своей жизни. Она была ввязана в игру, о которой не знала ничего – даже своей четкой цели и причины, по которой ее в заставили в эту игру войти.
И тем не менее, ей нужно было свыкнуться с этим. Не пытаться сопротивляться, выискивая возможность соскочить с ответственности, которую на нее возложил сам Дар, а твердо следовать Его приказам. Приказам того, кто и сохранял ее жизнь последние пару столетий столетий, после того, как сама Жизнь покинула ее тело.
И дело было не в том, что Санти была не готова принять это.
Нет…
Она уже сделала это, пускай и не без гордости в сердце, которая пыталась уговорить ее отказаться от всего и вновь уехать в другое место, в котором ничего не будет, и не без страха, который зародился в ней после угроз самого Дара на случай, если что-то пойдет не так именно по ее вине.
Нет. Дело было далеко не в этом…
