– Да, – отозвался Тимофей. – Это мой друг Карл. Он на нашей стороне.
Перед Карлом шагали еще какие-то люди. Левее и чуть впереди них ехал всадник в светло-коричневом плаще без крестов. Голову покрывал черный платок. Сбоку седла был приторочен колчан, из которого торчал длинный лук. В поле Тимофей принял бы его за сарацина. Впрочем, закон запрещал нехристям только селиться в Иерусалиме. Посещать город в дневное время не возбранялось. Как говорится, война войной, а торговля – своим чередом. Мусульмане даже владели землями вокруг Иерусалима, поставляя за это продовольствие христианскому войску.
Шагов через десять Артур столь же тихо продолжил:
– Простите, мастер, но мне показалось, что ваш друг Карл следит за Абелем Вальком. Он ведь тоже на нашей стороне.
– Очень на это надеюсь, – отозвался Тимофей.
Самого Абеля они не видели, тот вырвался далеко вперед. Тимофей попробовал взглянуть сбоку от ремесленников, но слева ему навстречу шествовала колонна монахов, а справа, прижавшись к стене дома, стояла телега с грузом ящиков. Ящики были накрыты сетью, а саму телегу охраняли двое воинов с короткими копьями в руках. Они сурово зыркали на всех, кто проявлял интерес к их грузу.
На перекрестке Карл свернул налево. От угла дома отделилась Юлиана и пристроилась за рыцарем. Тимофей ее даже не сразу заметил, настолько гармонично она вписалась в поток прохожих. Первым ее заметил Артур.
– Посмотрите, мастер, на ту девицу, – сказал он, кивнул в сторону Юлианы. – Кажется, она тоже следит за вашим другом Карлом.
– О да, – отозвался Тимофей. – Молодец, Артур. Это Юлиана. Приглядывай за ней.
Артур приосанился и заверил мастера, что будет глядеть в оба. Про самого Тимофея он, впрочем, тоже не забывал, приглядывая, чтобы никто из прохожих не подобрался к нему слишком близко. Особенно это касалось людей с оружием или тем, что в умелых руках сошло бы за таковое.
Подобраться никто не пытался. Юлиана уверенно держалась за Карлом, то чуть отставая, то приближаясь к нему, но не настолько, чтобы тот, случайно оглянувшись, заметил ее рядом с собой. Иногда ее скрывали из вида другие прохожие. Ремесленников сменила толпа каких-то крестьян, галдевших, точно стая ворон. По долетавшим до Тимофея обрывкам фраз на греческом языке речь шла о чьей-то предстоящей свадьбе. Через два квартала крестьяне дружно свернули налево, а Карл – направо.
Узкая и кривая улочка привела к постоялому двору. Проход между домами выходил на более широкую улицу, а по другую сторону стояло каменное здание в два этажа с собственным двориком, отделенным от улицы символическим заборчиком. Ровно посередине ограды был проход с парой столбиков по краям, которые, по всей видимости, символизировали ворота.
Карл въехал во дворик. К нему тотчас подбежал слуга, чтобы придержать коня. Обычно такими услугами перебивались местные голодранцы, сшибая медяк-другой на выпивку, но этот молодой человек был одет пусть и не богато, но прилично. Карл бросил ему поводья и монету, а сам прошел в здание. Слуга отвел коня к коновязи у стены. Там уже дожидалась своих хозяев дюжина лошадей, и среди них Тимофей не приметил ни одной крестьянской клячи или заморенной доходяги.
– Похоже, приличное место, – заметил он.
– Это-то? – переспросил Артур. – Ну да, вроде того. Тут всякие странники бывают. Бедные рыцари, мастера, торгаши, которые без большого обоза, даже чернокнижник один был, – воин усмехнулся. – Мы его тут ловили.
– Поймали? – без особого интереса спросил Тимофей.
– Ага! На стене уже.
Артур махнул рукой, указывая вперед. Позади постоялого двора возвышалась городская стена. К стене лепилась широкая лестница. От ворот казалось, будто каменные ступени начинаются прямиком из трубы здания. Та была такого же цвета.
Пока Тимофей разглядывал стену, Юлиана куда-то исчезла.
– Только он свои книжки успел спрятать, а нам потом втирал, будто простой ученый, – продолжал рассказывать Артур. – Только с чего бы честному человеку удирать с такой прытью?
– Может, он просто испугался? – предположил Тимофей, одновременно раздумывая, как им поступить дальше.
– А чего бояться честному человеку? – вопросом на вопрос ответил Артур. – Мы ж не разбойники какие-нибудь.
– Ну да, – отозвался Тимофей.
Они с Артуром дошли до конца прохода и там остановились. Улица перед постоялым двором была пуста и безлюдна.
– Не заметил, куда Юлиана делась? – спросил Тимофей.
Артур глянул в обе стороны, потом виновато понурился.
– Простите, мастер, не уследил, – признал он, разводя руками. – Но за рыцарем во двор она не вошла, за то поручусь. Наверное, юркнула куда-то.
Дома вдоль улицы стояли вплотную друг к другу.
– Вон там две лавки, – сообщил Артур, указав вправо. – И вон там еще одна, – он указал влево. – Наверное, в одной из них и прячется.
– Скорее всего, – согласился Тимофей. – А что там с тем чернокнижником-то стало?
– Так ясное дело, – ответил Артур. – За колдовство без доказательств казнить никак нельзя, а книжки его так и не нашли. Ну и вздернули мерзавца как сарацинского шпиона.
– Не зря, видать, боялся, – прошептал Тимофей.
– Что, мастер? – переспросил Артур.
