Детектив и политика 1990 №6 полностью

Свирский. Посольство — в осаде, а вы здесь прохлаждаетесь? (Рыжикову.) Найдите мне Дергулина. (Петушкову.) А вы здесь подождите!

РЫЖИКОВ уходит. СТРОГИН и СВИРСКИЙ проходят в кабинет.

Как будто мы его посадили! А ведь тут и рабочие, и студенты! Вот что делает буржуазная пропаганда!

Строгин. Почему нам не сообщают, кто сидит?

Свирский. Вы уж совсем в розовых очках… перестройки. Но хватит об этом. Надо написать характеристику на Петушкова. Подготовите?

Строгин. Что-нибудь напишу.

Свирский. Что-нибудь не надо. Напишите… соответственно, на листочек, не больше.

Пауза.

Вы не согласны?

Строгин. Работает он плохо, Виктор Сергеевич.

Свирский. Но парень-то хороший!

Строгин. Хороший.

Свирский. А нам хорошие люди нужны, остальное приложится.

Строгин. Характер у него трудный.

Свирский. Да уж!.. Нина Павловна как-то к нему обратилась, еще перед отъездом. "Сашенька, — говорит, — помогите мне соски для внука подобрать, у вас уже опыт есть…" А он: "Занят я, Нина Павловна, вы, говорит, мужа возьмите вместо толмача, только смотрите, чтобы вам вместо соски коляску не всучили — понимают его плохо!" Я, конечно, язык после войны учил, сами знаете… Напишете?

Строгин. Не лежит душа.

Свирский. Не лежит душа… А сами, небось, думаете: сына дружка тянет Свирский!

Строгин. Не обязательно дружка.

Свирский. Но ведь его отец у нас не работает! Он же там! (Указывает наверх.) Я его и не знаю лично.

Строгин. Что же вы так стараетесь?

Свирский. Но ведь его не случайно сюда к нам на стажировку прислали! Не все же так просто! Как же мы его рекомендовать не будем? (Возбужденно.) Петр Васильевич, да вы оглянитесь вокруг! Да если покопаться, мы обложены зятьями, внуками, сыновьями от первого брака! Ведь наш Петушков по сравнению с ними Сократ! Он мне недавно главы из Соловьева пересказывал — театр!

Строгин. Да он мне самому нравится…

Свирский. Разве мы думали, когда в коммуналках, полуголодные жили, во что все это вырастет? Мы за идеи боролись, за новое общество и вдруг навалилось: номенклатуры, сауны! Вот у меня два костюма — и больше мне не надо! Зачем нам неприятности, Петр Васильевич? Особенно сейчас, когда решается вопрос о новом после… Я — за перестройку, за честность, за принципиальность, но все надо проводить умно! Эластично! А вдруг все лопнет?

Строгин. Этого не может быть!

Свирский. Только мертвые не возвращаются. Скажут: назад! И побежим назад, еще "ура-ура" будем кричать! Думаете, я не хочу своей стране счастья? За что же я воевал? Просто огромен весь аппарат и шутки с ним плохи!

Пауза. Гул за окном нарастает.

Строгин (кивнув за окно). Может, поговорить с ними?

Свирский. И так все ясно… Да они и слушать не захотят, запустят помидором — и весь разговор! Думаете, боюсь? Посмотрели бы вы, как лейтенант Свирский солдат в атаку поднимал! Разные это вещи — тут помидор по лицу течет, фотографы… и начальство в Москве развернет газеты…

Входит ДЕРГУЛИН.

(твердо.) Вы что-нибудь насчет демонстрации сделайте! Что мы, зря угощаем водкой полицию?

Дергулин. Они говорят, что не могут, у них закон… (Достает счет.) Пожалуйста, подпишите счет за зубы, Виктор Сергеевич.

Свирский (рассматривает счет). Что это вы так много на лечение истратили?

Дергулин. Болят! Я же не специально дыры в них делаю!

Свирский (подписывая счет). Надо в отпуске зубы лечить, а не валюту здесь тратить! И так почти полсметы на зубы уходит. Хитрый пошел народ, пользуется бесплатной советской медициной.

Входит ПЕТУШКОВ.

Дергулин. У меня все законно, я же новые не вставлял, только лечил.

Свирский (Петушкову). Кто вас звал? Я сказал: подождите!

Петушков. Я явился с прошением об отставке.

Свирский. Какой отставки? Это еще что такое? Почему?

Петушков. По болезни ума и души.

Свирский. Да вы что? Что с вами происходит?

Петушков. Хочу срочно возвратиться в родные пенаты.

Свирский. Очень интересно — пенаты! Вот тебе и молодой кадр. Работал, работал, и вдруг… пенаты! Вот сейчас все газеты стали писать: отечество, отечество… Значит, не хотите служить родному отечеству?

Петушков. "Отечество почти я ненавидел, но я вчера Голицыну увидел и примирен с отечеством своим…"

Свирский. Это что еще за ерунда?

Петушков. Пушкин. Александр Сергеевич.

Свирский. Что с вами, Александр Николаевич? Может, вам взять несколько деньков? Отдохнуть?

Петушков. Я в Париж хочу…

Свирский. В Париж… За это такое вставят!

Петушков. Главное, мозги вставить, (Смотрит на Дергу-лина.) Или новые зубы.