Детектив Мэд Мёрдок полностью

Глупо, конечно, угрожать темноте, когда сам стоишь на самом виду, и Мёрдок это прекрасно понимала. Однако темнота ответила молчанием, и Эм спустилась вниз. Дыхание стало более отчётливым, и к нему добавились тихие всхлипы. Дотянувшись до выключателя, детектив резко развернулась. Сесиль сидела на полу, под вешалкой, прислонившись спиной к стене. Увидев Мёрдок, она вытянулась и замерла с раскрытым ртом. На её мятом платье блестели свежие капли дождя.

– Что ты здесь делаешь, Сес? – Эм присела рядом. – Где ты была?

Грудь негритянки поднималась часто-часто, а пальцы заметно дрожали.

– Эй, – Мёрдок подняла её за подбородок, заставляя взглянуть себе в глаза. – Что с тобой?

– И разверзнутся небеса, – вдруг зашептала она, – и прольётся дождь, и будет идти сорок дней и сорок ночей, и смоет всех грешников с земли праведной… – губы Сесиль двигались всё быстрее, и вскоре уже было не разобрать, что именно она говорит. Взгляд девушки проходил насквозь.

Эм встряхнула её за плечи, но она словно и не заметила. Из волос, выбившихся из причёски, выпала засохшая травинка.

«Чёрт! Нельзя бросать её одну в таком состоянии, но я нужна Стэну…» Мёрдок встала, почувствовав, как натягивается штанина. Сесиль крепко держала её и смотрела на детектива снизу вверх блестящими, словно в лихорадке, глазами.

– Блудница, – вдруг чётко произнесла она, снова скатываясь в бессмысленное бормотание.

В этот момент входная дверь отворилась, и на пороге появился Джеральд.

– Что…

Он начал говорить, но Мёрдок не дала ему закончить.

– Займись Сес. Она у нас, кажется, сошла с ума. Я еду к Стэну, он у доктора Квин.

– Мэдлин, – донеслось вслед вопросительно-возмущенное, но она сделала вид, что не слышит.

Стэн Ли бродил по комнате, не зная, чем себя занять. Время тянулось бесконечно долго, и он начинал злиться на Мёрдок, что её где-то носит, когда она так ему нужна. Она или морфий? Задумался он, остановившись у окна. Дождь прекратился, но серое небо низко висело над белыми домами, укутанными сиреневой вистерией. Оба, решил Флеминг и выдохнул. Ради неё он всё это делал, ради Эм и их будущего.

В дверь постучали.

– Войдите, – Стэн отвернулся от окна.

– Мистер Флеминг, – поприветствовал его пастор. – Как ваше самочувствие?

Добродушная улыбка О’Грэйди разозлила Стэна Ли ещё больше.

– Доктор говорит, что жить буду, – усмехнулся он, отвечая на рукопожатие. – Так что мне не нужна сиделка. Мёрдок зря беспокоится.

– Беспокоиться о близких – это вполне естественно, – невозмутимо произнёс пастор, – тем более я слышал, вы с Мэдлин собираетесь вскоре пожениться.

– А здесь ничего не утаишь, да? Все про всё знают?

– Ну почему же, не все и не про всё. Мне об этом сказал утром Джеральд. Он тоже беспокоится за вас и за Мэдлин.

– С чего бы ему за нас беспокоиться? Не такие уж и близкие мы люди, если говорить вашими словами. Мёрдок он совсем не знает. Впрочем, как оказалось, я тоже не очень-то её знаю.

Стэн почесал в затылке и вернулся к кушетке.

– А вы здесь давно, в этом городе? – спросил он практически сразу, не дав пастору произнести то, что тот собирался.

– Двадцать лет. Я помню Мэдлин ещё маленькой. Ей всегда были больше по душе мальчишеские забавы.

– Ничего не изменилось.

– Ну а вы, мистер Флеминг, чем вы занимаетесь?

– А вы сохраните тайну исповеди, если я скажу вам правду?

– Всё, что вы скажете, в любом случае останется между нами. Вы хотите исповедаться? – пастор сел на стул доктора и положил руки на колени.

– Я наёмный убийца, – спокойно и тихо произнёс Стэн.

О’Грэйди чуть склонил голову, но не подал вида, что это заявление шокировало или хотя бы удивило его. Однако он не сразу нашёлся что ответить.

– Шутка, святой отец, – рассмеялся Флеминг.

Как бы чертовки ему хотелось сейчас покаяться и излить душу, скинуть всё, что накопилось…

Пастор улыбнулся.

– Знаете, я бы не стал спрашивать, как это получилось, я бы спросил, что вы чувствуете теперь… Но раз это шутка, что ж, она весьма остроумна, мистер Флеминг.

– Знаете, я бы ответил, что чувствую разочарование и досаду, – ответил Стэн. – Чем бы я ни занимался, я не чувствую от этого удовлетворения. Мне постоянно кажется, что я не на своём месте. Да и может ли быть своё место у такого человека, как я? У сына британского офицера и… – он поднял взгляд и замолк.

Дверь открылась, и вошла Мёрдок. В комнате повисла пауза.

– Я помешала? – она посмотрела на мужчин.

– Спасибо вам за разговор, святой отец, – Флеминг слез с кушетки и протянул руку пастору.

Тот поднялся навстречу:

– Мы можем продолжить его в любой момент, когда захотите. Если захотите. Всего доброго, поправляйтесь, мистер Флеминг. Мэдлин, – кивнув Мёрдок, он вышел из комнаты.

– Чему я помешала? – спросила Эм, когда они остались вдвоём.

– Очередной непоправимой глупости, которую я чуть не совершил… Ты принесла?

Мёрдок молча поставила коробку на кушетку. Стэн Ли приготовил ампулы и шприцы. Устроившись удобнее, он натренированным движением ввел морфий.