Всё утро они суетятся с мисс Дейзи, организовывая банкет. Даже беднягу Бенкси заставили таскать какие-то ящики. Я ещё успела увидеть в окно, как он пристраивался на лужайке перед домом со своей тетрадкой со скетчами. Теперь же там стоят накрытые столы, украшенные красными розами и белыми хризантемами.
До церемонии остаётся час. Сесиль хлопочет вокруг меня, добавляя последние штрихи. Как истинный творец, она стремится довести образ до совершенства, хотя мне и так всё кажется идеальным. И собранные волосы, и даже непослушный локон, который так и норовит выскочить из-под тиары, доставшейся от мамы. Как и её платье. Его пришлось ушить и добавить шлейф. По последней моде. Хотя я вообще предпочла бы отправиться к алтарю в брюках.
Сесиль пыхтит, высунув язык, и подводит наслюнявленным карандашом глаза.
– Ты сегодня должна выглядеть идеально, – шепчет она.
– Спасибо тебе, – ловлю её улыбку в отражении.
Кто-то, впрочем, я прекрасно знаю кто, отстукивает в дверь военный марш и, не дожидаясь приглашения, заглядывает внутрь.
– Конечно, можно, – отвечаю, не оборачиваясь.
Ковер гасит звук шагов, и я слегка вздрагиваю, когда над моим ухом раздается голос:
– Девочка моя, ты прекрасна.
– Мистер Яблонски! Не мешайте нам, пожалуйста! – ругается на него Сесиль. Её рука дёрнулась, и теперь придётся рисовать заново.
Я смеюсь, глядя как Казимир, сделав испуганные глаза, отскакивает назад. Из кармана его белых брюк вываливается потёртая от времени фляжка.
– У меня всего лишь важный подарок для невесты, – отвечает Яблонски. Он нагибается, чтобы поднять фляжку, а потом вдруг встаёт рядом со мной на колено и вытаскивает из пиджака перевязанную тесьмой коробочку. – Что-то новое и голубое, по традиции, – улыбается он. – Позволь мне…
– Я без пяти минут замужняя дама! Что о нас подумает Сес? – смеюсь я, наблюдая, как он достает из коробочки кружевную подвязку и тянется к подолу моего платья.
– Что я слишком много себе позволяю, – подмигивает он.
Через ткань чулок я чувствую, какие горячие у него руки.
– Я сама, эй! – отбираю у него подвязку, в шутку хлопнув по лбу.
Яблонски перехватывает мою ладонь и, прижав на мгновение к губам, отпускает.
– А помнишь, ты мне говорил, что в любом состоянии я должна уметь делать три вещи?
– Стрелять метко, водить быстро и любить так, словно это последний день твоей жизни? – усмехается он. – Неужели ты до сих пор помнишь этот бред старого пьяницы?
– Я помню всё, чему ты меня учил, Казимир. Мне повезло, что я встретила в ту ночь именно тебя…
