– У тебя есть время, чтобы найти риелтора и прицениться к недвижимости?
– Есть, но…
– Будь добра, займись этим. Если доплатить нужно будет пятьсот-шестьсот тысяч, я добавлю их.
– Ты работаешь матросом на судне. Откуда ты возьмешь такую сумму?
– Продам свою машину. Мне она все равно не нужна.
Оля в упор посмотрела на Земских.
– Никак не пойму, что с тобой такое, – проговорила она. – Ты не вспоминал не только о Саше, но и о родном городе, в котором до сих пор живет твой отец, и вдруг… Ты приехал сюда на все лето, а Пахомовой готов отдать весьма крупную сумму.
– Ты же ей на зубы денег дала.
– Мы ставим их в обычной поликлинике. Это раз. И два – я никогда не теряла связи с Сашей. Мы дружили все эти годы, пусть и на расстоянии.
Она замолчала. А Леша как будто не заметил этого. Он не отводил взгляда, но его глаза как будто смотрели не на Олю, а внутрь себя.
– Спасибо, что напомнила об отце, – рассеянно проговорил он. – Я должен с ним встретиться.
– Сейчас?
– Сейчас не получится, ведь я не знаю, где он обитает.
– То есть вашу квартиру он… продал? – Оля хотела сказать «пропил», но воздержалась.
– Он ее сдал, как мне сказал Пашка Соколов. Так что я надеюсь найти его через жильцов.
Диалог пришлось на этом прервать, потому что Лешин телефон зазвонил. Извинившись, он отошел в сторону, чтобы поговорить. А Оля присела на лавку. Если Земских сейчас отправится в отель, то они поедут вместе. Сегодня вечером она договорилась встретиться с Олегом. Причем не по делу, а просто так. Косицын пригласил Олю на ужин.
Он нравился ей, этот «мальчик». И его она так же, как Земских, не сразу разглядела.
Оля не верила в любовь с первого взгляда. В страсть – да. Но с ней и такого не случалось. Она ко всем мужчинам долго приглядывалась. Даже к тем, с кем просто собиралась переспать. К примеру, тот, с кем у нее последний раз был роман, француз Мишель, проводящий зиму на Канарах, ждал от Оли ответа «да» почти неделю. И это на курорте, где романы вспыхивают в день знакомства, впрочем, как и тухнут иногда в этот же день.
Алеша был ее первой и самой сильной любовью. Возможно, потому, что к нему она приглядывалась дольше, чем к остальным. Не неделю, не месяц, даже не год… И когда Оля встретилась с ним после долгой разлуки в баре «Приморской», ее сердце дрогнуло. Ей показалось, что чувства все еще живы. И когда они расстались, поплакала у себя в номере. А потом помечтала о том, как они попробуют еще раз и теперь у них все получится.
Но после встречи с Олегом все изменилось. «Мальчик» не то чтобы занял все ее мысли, но оттеснил Лешу на второй план. Крестовская все еще думала о нем, а когда видела, немного волновалась, хотя ей удавалось не показывать этого, но ей уже не хотелось возобновлять с Земских отношения. Лучше попробовать построить новые…
– Оля, ты куда сейчас? – услышала она голос Леши и встряхнулась. – В гостиницу?
– Да.
– Я тоже. Номеров такси не знаешь?
– Нет. Всегда на Пашином драндулете передвигалась.
– Вот и я… Ладно, поймаем на проспекте машину. Пойдем.
Оля встала с лавки и направилась за Земских. Он продолжал держать телефон в руке и, похоже, писал кому-то сообщение.
– Я слышал, ты завела себе кавалера? – спросил Земских, убрав сотовый в карман.
– Кто тебе это сказал?
– Не забывай, мы живем в одном отеле.
– И ты сплетничаешь с персоналом?
– Обожаю это дело, – криво усмехнулся Леша. – Но в данном случае я просто стал свидетелем разговора администратора ресторана «Приморской» с метрдотелем. Твой кавалер наделал шороха. Обиделся на то, что его не пустили в зал в шортах, и тут же наябедничал своему боссу, чтоб тот разобрался с халдеем.
– Все было не так. Олегу просто нужно было срочно со мной поговорить. А ресторан трехзвездочного отеля не такое уж пафосное место, чтоб в приморском городе в него не пускали в шортах.
– Так это было не свидание?
– Какое тебе дело?
– Никакого. Просто человек, которому звонил твой Олег…
– Он не мой.
– Хорошо, не твой Олег звонил человеку, с которым я очень хотел бы поговорить. Ты не могла бы попросить его устроить нам встречу?
– Могла бы. Но зачем мне это делать?
– Если я скажу, что это касается смерти Пахомова, ты согласишься?
– Нет, пока ты не введешь меня в курс дела.
– Ты знаешь, на кого работает не твой Олег?
– На какого-то важного дядьку.
– Да. Его фамилия Устинов.
– Я что-то слышала о нем. Политик, кажется?
– В том числе. А еще бывший бандит. Не высокого полета, а так, шушера. Отморозок. Потом как-то неожиданно разбогател, облагородился и теперь поражает население щедрыми дарами. Детям – качели, бабушкам – лекарства, юным морякам – кораблик, и так далее.
– И какое отношение этот Устинов имеет к Пахомову?
– В городе считают, что именно он свалил Глеба Симоновича с пьедестала. Но поскольку он все равно не унимался, Устинов мог его заказать.
– Не мог. Потому что еще три дня назад он разыскивал его через частного детектива, а Пахомов умер чуть ли не месяц назад.
Леша остановился. Всем корпусом повернулся к Ольге:
– Олег – тот частный детектив?
