– И где же это чудо-заведение находится?
– Не так далеко, как ты думаешь. Полчаса езды. А пока едем, будем наслаждаться шампанским. Я понял, ты любишь брют.
– Да, но… Мы на такси?
– Нет, у нас сегодня личный шофер.
И указал на шикарный черный автомобиль, стоящий у крыльца. Оля не разбиралась в машинах такого класса, поэтому не смогла определить марку.
– Устинов одолжил?
– А кто же? У меня самого обычный «Ниссан», и тот в Ростове, так что если ты со мной из-за денег, то вынужден огорчить, я не богат.
– А я думала подцепить в поезде олигарха, – в тон ему ответила Оля.
– Да, я слышал, многие девчонки берут билеты в плацкарт, чтобы там найти для себя богатых мужей.
С Олегом было легко. Он постоянно шутил, подтрунивал, ерничал, и все это без напряга. Да, немного по-детски. Легкомысленно. Но Оле именно этого не хватало на данном этапе жизни…
Легкости, детскости и легкомыслия.
Водитель, важный дядя в униформе, открыл перед ними дверь.
Забравшись в салон, Оля обалдела. Да в этой машине жить можно! Тут и бар, и телевизоры, и откидывающиеся столики, и встроенные в кресла массажеры.
– Пьер, поехали, – сказал водителю Олег, когда они разместились.
– Его реально зовут Пьер? – шепотом спросила Оля.
– Да, он родом из Франции. Как и бутылка шампанского, которую я сейчас распечатаю.
Олег открыл бар и достал «Дом Периньон». А что же еще могло быть в этой элит-машине?
Оля пробовала это шампанское. И оно ей нравилось. Но, по ее неискушенному мнению, итальянское «Просеко», что стоило минимум в десять раз дешевле, было не хуже.
– Ты как будто чувствуешь себя неловко, – проговорил Олег, разлив шампанское по фужерам.
– Честно признаться, да.
– Почему?
– Вся эта роскошь… Это не для меня.
– То есть я должен был приехать за тобой на мопеде?
– А что? Мне бы понравилось.
– И как бы ты на него села в своем воздушном платье?
– В нем мне тоже не очень комфортно.
– Почему? Ты такая изумительная в нем.
– Я знаю. Но я давно не ношу подобные вещи. Эту купила, повинуясь порыву. Дело в том, что мое выпускное платье было очень похоже на это…
– Эх, жаль, что я не надел сегодня брюки в рубчик и жилет с атласной спиной. Ведь именно в таком виде я явился на выпускной.
– Сегодня ты в костюме зефирки, это круче, чем нарядиться лохом, – подхватила его настроение Оля.
– Какая ты язвительная женщина, – цокнул языком Олег. – Надеюсь, подобреешь, когда выпьешь?
– Можно проверить.
– Тогда давай за это.
– За доброту?
– Именно.
Они чокнулись и сделали по глотку.
– Как тебе? – спросил Олег.
– Я уже пила «Дом Периньон».
– И?
– Мне нравится.
– То есть я правильно сделал, что наклеил фальшивые этикетки на российское игристое?
Оля показала ему язык и повернулась к окну, чтобы понять, куда они едут.
– Я надоел тебе со своими шуточками? – услышала она.
– Нет. Мне они нравятся.
– Оль, если я как-то неправильно себя веду, ты скажи мне. Я растерян.
Она отвернулась от окна и посмотрела на Олега. Сейчас ему можно было дать и двадцать три.
– Я женился в девятнадцать. В двадцать восемь развелся. Пять лет я жил работой, не отвлекаясь на личное.
– Монашествовал? – скептически хмыкнула Оля, хотя могла бы промолчать.
– Конечно нет, но ты сама понимаешь, наверное… Секс найти нетрудно. Но я ни за кем не ухаживал и отвык от этого. Не знаю, как правильно себя подать. Вот и решил пыль в глаза пустить.
– Да я тоже хороша. Вырядилась, как на выпускной бал.
– Нет, ты это не зря сделала.
– Олег, а давай не поедем в шикарный ресторан? Пока далеко не отъехали, вернемся, я переоденусь, и мы отправимся на пляж. Шампанское у нас есть, шашлык в армянском ресторане, что напротив «Приморской», возьмем, и по-простому посидим.
– Ты правда этого хочешь?
– Сейчас понимаю, что да.
– Хорошо. Пьер, разверни, пожалуйста, машину. Мы возвращаемся.
Водитель медленно повернул голову и густым басом проговорил на чистом русском:
– Не глупите. Шанса побывать в «Парадизе» у вас больше может не быть. А по-плебейски вы всегда успеете попировать.
Выдав эту фразу, Пьер снова обратил свой взор на дорогу и покатил дальше.
– Это какое-то особенное место? – поинтересовалась Оля. – И туда, как и в рай, не всякого пускают?
– Вообще-то да, – ответил ей Олег. – Ресторан находится на территории закрытого клуба. Туда вход только для его членов и их гостей. Насчет нас договорился мой работодатель.
– Вот как! Тогда в «Парадиз». – Она залпом опустошила фужер. – И, Олег, налей даме еще шампанского.
Мужчина бежал по берегу моря. Волны лизали его ноги, брызги летели в лицо. Вода была теплой, но его тело покрыли мурашки.
Добежав до спасательной вышки, Эдик плюхнулся на первую ступеньку лестницы и вытер влагу со лба и щек рукавом рубашки. Если б видела жена, как он непочтительно отнесся к шелку, соединенному в изделие именитым итальянским дизайнером, упала бы в обморок.
Эдик давно не бегал. И даже не предполагал, что так запыхается. У него было отличное тело от природы, и не хуже метаболизм, поэтому он плевать хотел на тренажерные залы. В гольф играл, да, но там либо пешочком по лужайке фланировал, либо на машинке гонял.
