– Была бы тут туристическая зона, может, что-то и придумали бы гиды. Но вообще-то место опасное. К «Рексу» даже близко подходить не рекомендуется. Видишь? – Он указал на запрещающие таблички. Боцман взял не только портвейн, но и фонарь, им и посветил. А вот Мартина оставил на «Бывалом», как тот ни возмущался. – Гора может обвалиться в любой момент.
– Чего же мы делаем возле нее?
– Я обещал тебе кое-что показать, так? – Леша кивнул. – Ну, вот сейчас и покажу. Пошли.
– Так опасно же…
– Ты как не помираешь! В твоем ли положении быть сыклом?
– Как раз да. Мне осталось немного, и, как ты сам сказал полчаса назад, нужно жить, пока в силах.
– Нет, если не хочешь, то… – Эквадор развел руками и скорчил такую гримасу, которая и Мартину бы не удалась. – Как хочешь. Я уговаривать не буду. Для тебя же стараюсь…
– Ладно, веди.
Боцман просиял и, схватив Лешу за руку, повел к горе.
– Ступай осторожно, – напутствовал он. – Порода крошится. И главное, ничего не бойся. Я уже бывал внутри и, как видишь, жив.
– Так мы?..
– Да. В брюхо «Комиссара Рекса».
Они обогнули гору, затем взобрались по ней метров на пять. Эквадор передал в руки Земских фонарь и бутылку, велел светить в определенном направлении, а пить, если он пожелает, осторожно, в этой партии градус выше.
Леша ради интереса открутил крышку, сначала понюхал, потом пригубил портвейн.
– Да это же спирт, разбавленный вишневым соком, – просипел он, едва не задохнувшись.
– Не было времени на правильный процесс, – ответил боцман.
– Или сока не хватило?
– Мой напиток сложен в приготовлении. Это тебе не просто «отвертка».
– Даже со мной рецептом не поделишься? Я ведь все равно его с собой в могилу унесу.
Это было ново для Леши – шутить на тему своей скорой кончины. Но ему понравилось. Жаль, что нельзя с другими так же позубоскалить. Разве что с Валеркой Фоминым, он бы подыграл, да находится далеко.
– Я добавляю в домашнее красное вино спирт, вишневый сироп и корицу. Есть еще секретный ингредиент, но я его даже лежащему на смертном одре не сообщу.
Все то время, что они вели диалог, Эквадор осматривал и ощупывал валуны, наваленные у основания горы. Наконец он воскликнул:
– Нашел!
Леша подошел к нему и увидел, как боцман хватается за один из камней размером с морозильную камеру или газовую плиту и двигает его.
– Силен ты, брат, – восхитился Леша. Он бы такую глыбу с места не сдвинул, лишь пошатнул. А боцман, пусть и с большим усилием, на его лбу вздулись вены, откатил камень на полметра.
– Я как Астерикс… или Обеликс? В общем, тот, кто в детстве упал в чашу с волшебным зельем. – Боцман отобрал у Земских бутылку, сделал глотка три, крякнул. Он был уже пьян, но стоял ровно, говорил внятно, только глаза затуманены и воняет изо рта так, что от одного его дыхания закусить хочется. – А теперь лезем!
– Куда?
– Туда! – Он указал в расщелину, до этого загороженную валуном.
– Я не пройду, – прикинув ее размеры, сказал Земских.
– Это тебе только кажется. Давай за мной.
Забрав фонарь, Эквадор присел на корточки и протиснулся между скальных «створок». Земских ничего не оставалось, как последовать его примеру.
Получилось вполне удачно. Даже не повредился, ободранный локоть не в счет, и футболку не порвал.
– Теперь ползем, – бросил через плечо Эквадор. – Но метра четыре, не больше.
По-пластунски они преодолели это расстояние. Впереди оказалась еще одна расщелина, у́же предыдущей.
– Тут аккуратнее, можно пораниться.
Но Леша уже ничего не боялся. А тем более каких-то ран! Они находятся под тоннами нестабильной скальной породы. В любой миг гора может обвалиться, и тогда они в лучшем случае погибнут. В худшем же – будут заживо погребены. Первые секунды Леша думал об этом с ужасом, но теперь у него появился кураж. Он готов был посмотреть смерти в лицо. Правильно сказал Эквадор, глупо человеку в его положении быть… кхм… сыклом.
Протиснувшись в узкую и крайне неровную щель вслед за боцманом, Леша встал на ноги. Они находились в пещере. А когда Эквадор осветил ее, Земских присвистнул – пещера оказалась большой. Не только можно распрямиться, но даже если руки поднимешь, до потолка не достанешь.
– Нет, сейчас это жалкое подобие того, что было когда-то, – услышал он голос своего спутника. Он гулко отдавался в стенах пещеры. – Кладовка, считай. А был дворец. Видишь, как все осыпалось?
– В наших горах много пещер. Почему ты привел меня в эту?
– Не в эту. В другую. Сейчас покажу.
И повел в одну из галерей. Галерей было штук шесть, но только две не завалило окончательно. Та, которую выбрал Эквадор, вела еще в одну пещеру, но небольшую, размером с комнату, только с очень высоким потолком. Однако смотрел Леша не вверх, а вниз. На полу стояло множество ящиков, и он спросил:
– Что в них?
– А ты посмотри.
Земских присел на корточки и открыл первый попавшийся.
В нем коробки. Судя по рисункам и надписям – с духами. «Пуазон», «Клема», «Опиум». У Лешиной мамы были «Мадам Клико», их он тоже нашел. Мама дорожила этими духами, потому что стоили они чуть ли не треть ее зарплаты.
– Это контрабанда? – спросил у Эквадора Леша, хотя ответ был очевиден.
