– В общем-то Костя прав. Мартин самостоятельный товарищ.
– Есть жутко самостоятельные дети, но родители за ними все равно присматривают, чтоб в беду не попали, – запальчиво возразил Эквадор. – А Мартин животное, пусть и умное…
– Давайте поищем его, – предложил Леша. – Далеко он не мог убежать.
– Искали уже. Нет нигде.
– Может, опять в старый док рванул?
– Один? Вряд ли.
– Мартин опасается чужих людей, – вставил свои пять копеек Костя, – и без сопровождения не отходит от «Бывалого» дальше чем на двести-триста метров.
– Зря вы так думаете. Когда мы с ним были в доке, он прекрасно ориентировался. Я вам больше скажу, он показал мне дорогу к «Юнге-2».
– Может, правда туда сходить?
Эквадор смерил Костика взглядом и процедил:
– Мы с Лехой сходим, а ты тут оставайся. Драй палубу.
И кивнул Земских:
– Пошли.
Когда они спустились на берег, Леша спросил:
– Ну что, Кончита приняла твое предложение?
На суровой физиономии боцмана тут же проступила нежная, почти детская улыбка.
– Сказала, рассмотрит его.
– Но это же не «да»?
– Но и не «нет».
– Тоже верно. – Леша одобряюще хлопнул Эквадора по спине.
– Ты правильно сказал, гарантий она хочет. Жить типа негде, да не на что особо. Я, дурак, деньги все просаживал. Хотя зарабатывал прилично. Мог бы скопить.
– На что? Дом?
– На фиг мне дом? На яхту.
– Друг мой, они стоят как самолеты.
– Ты не о тех яхтах… Они же разные бывают. Есть как у Абрамовича, шикарные, с вертолетными площадками и бассейнами. Племенные рысаки. А есть рабочие лошадки. Невзрачные, но надежные, при хорошем уходе, а я отличный механик. И стоят такие тысяч пятьдесят, шестьдесят.
– Долларов?
– Ясно, что не рублей.
– Тут квартиру отличную за такую сумму купишь.
– Кому они нужны, эти квартиры?
– Но на яхте же не будешь жить круглый год?
– Почему это? В Марселе у меня была куча знакомых, которые так и делают. И они семейные, не одиночки. В Америке вон в трейлерах люди живут, а тут же совсем другое…
– Наверное, ты прав. Я слишком узко мыслю.
Тем временем они дошли до забора, за которым начинался док. На нем висела желтая лента, натянутая полицией.
– Пойдем, я покажу тебе место, где легче всего перелезть, – сказал Леша и повел Эквадора к просевшему столбу, на который обратил его внимание Мартин.
Они перебрались на территорию дока. Стали звать мартышку. Если Мартин тут, он прибежит. Но в ответ тишина.
– И тут его нет, – вздохнул Эквадор.
Они собрались уже уходить, как Леша увидел в траве что-то полосатое. Похожее на обрывок тельняшки. Он сделал несколько шагов вперед, но резко остановился.
– Что там такое? – услышал Земских голос Эквадора.
Отвечать он не стал, знал, тот сейчас сам увидит – ЧТО. А вернее, КТО.
Мартин.
Он лежал на спине, раскинув лапки. Будто загорал. Если бы не окровавленная голова, Леша так бы и подумал. Мартин любил растянуться под солнцем, особенно с сигареткой в зубах.
Эквадор бросился к обезьянке, схватил ее на руки.
– Дружище, очнись! – шептал он, встряхивая маленькое тельце, которое уже закоченело.
– Он мертв, Эквадор.
– Нет, он просто без сознания. Артур уже приносил его на корабль в таком состоянии и выходил его… Леха, дай свою кофту! – Земских снял толстовку и протянул боцману. – Он замерз, его надо согреть. Звони Артуру, пусть тащит лекарства… – Он завернул Мартина в кофту. – Что ты стоишь истуканом? Звони, говорю, мой телефон на «Бывалом» остался.
У Земских в горле защипало, но он прокашлялся и сурово проговорил:
– Перестань истерить. Мартина уже не вернуть. Он умер несколько часов назад.
Эквадор прижал трупик мартышки к груди и расплакался.
Леша обнял боцмана за плечи:
– Мы устроим ему похороны, как настоящему морскому волку.
– Его ведь убили, да? – Эквадор, устыдившись своей слабости, отвернулся.
– Да. Ударили по голове. Вон и камень валяется с кровавой отметиной.
– Узнаю, кто это сделал, кишки выпущу, – прорычал Эквадор и вытер мокрое лицо о Лешину толстовку. – А теперь пойдем. Надо в крематорий успеть до отхода «Бывалого».
– Зачем?
– Мы же не бросим Мартина в море на корм рыбам? Мы кремируем его и развеем прах над водой.
– Но сейчас раннее утро, ничего не работает.
– Я знаю сторожа, он для меня зажжет печь.
– Я бы на твоем месте таких надежд не питал…
Но Эквадор зашагал к забору, будто не слышал Земских. Леша двинулся за ним.
– Я приглашу его на свидание! – вот что услышала Ольга от Саши, едва переступив порог ее дома.
– Кого?
– Лешу, конечно.
– Ну, может, Пашу, я ж не знаю… Ты подумать хотела…
Пахомова тряхнула головой и, крутанув кресло, покатила в кухню.
– А где тетя Маня?
– Поехала в морг, останки матери забирать.
– Ой, точно. Когда похороны?
– Не будет их. По крайней мере в ближайшее время. – Саша пристроила свое кресло возле стола, на котором стоял графин с компотом, и стала разливать компот по стаканам. – При морге крематорий в прошлом году открыли, мы решили тело мамы в прах обратить.
– И оставить его в урне на каминной полке? – не очень удачно и точно недобро пошутила Оля.
– Там хранилище есть. Пусть постоит пока. – Саша протянула стакан с компотом из абрикосов Оле. – Держи. Так что ты думаешь об этом?
