– Ну, коробка, где «колеса» лежали.
Мария буквально на днях ценники на новый товар выписывала, поэтому укорила:
– Вот ты темнота. Бонбоньерка – это для конфет. А у нее была таблетница.
– Да какая разница? – примирил Палыч.
Снял со стула аккуратно развешанное платье, встряхнул. Коробочка выпала. Все трое внимательно уставились на таблетки. Мария сказала без уверенности:
– Может, на экспертизу отвезти?
А Палыч решительно бросил одну в рот. Прежде чем успели остановить, разгрыз.
– Все. Сейчас и к тебе Персей придет, – предрекла Мария.
Но глотать неведомое Палыч не стал. Выплюнул две половинки на ладонь, понюхал.
– Как по мне, правда валерьянка.
А Колян все про свое.
– У нас в поселке был такой. Днем нормальный, а по ночам бесы его терзали. В церкву сводили, батюшка над ним почитал – все прошло.
На часах – почти три. Мария скривилась:
– Да какая разница, сумасшедшая или бесы? Простите, парни, что гимор на нашу голову навлекла. Хотите, прямо щас ее выгоню?
– Не надо. – Палыч заботливо укрыл беднягу. – Пусть спит. Я завтра выходной. Присмотрю за ней.
– Пошли тогда? – позвал товарища Колян.
– Стоп-стоп, – перепугалась Мария. – Я с ней в одной комнате оставаться боюсь!
– Хороши у тебя гости, – усмехнулся Палыч. И милостиво добавил: – Ладно. Лягу рядом. Посторожу.
Мария раньше Палыча вообще за мужика не считала – слишком старый, а сейчас вдруг разглядела: еще очень даже ничего. Да и какой заботливый оказался!
Остаток ночи прошел без приключений. В семь у Марии затрезвонил будильник. Накрылась, как обычно, подушкой, дремала. Зато Владислава пробудилась. Подскочила на постели, увидела рядом Палыча, в одеяло пытается укутаться, квохчет:
– Как?… Почему вы тут?
Палыч тоже смутился, штаны поспешно натягивает.
Мария отбросила подушку, выключила будильник. У гостьи лицо перепуганное.
– Что ночью было?…
– А что должно быть? – вкрадчиво спросила хозяйка.
Владислава потупилась.
– Я… я нормально себя вела?
– Не совсем, – мрачно отозвалась Мария. – Хоть бы предупредила, что с головой у тебя непорядок.
Гостья сразу стала белой, лицо отчаянное.
– Я кого-то… обидела? Ударила?
Палыч кинулся утешать:
– Никого ты не обижала! Наоборот. Порадовала старика. Персеем меня назвала! Я картинку в Интернете посмотрел – не только бог, но еще и красавец, прям приятно!
А Мария потребовала:
– Рассказывай. Ты, что ли, с дурки сбежала?
Владислава взмолилась:
– Нет! Как вы подумать могли!
– И на учете не состоишь?
– Нет.
Мария и Палыч переглянулись. Гостья смутилась.
– Я понимаю. Выгляжу странно. И другие многие считают, что с приветом. Но я нормально в жизни устроена! Школу окончила. Музучилище. Работаю. А галлюцинации только неделю назад начались. И я их даже не осознаю!
– Это как? – нахмурился Палыч.
– Ну, я просто проснулась утром. А мой Денис как-то странно смотрит. И говорит: «Извиниться не хочешь?» Я не понимаю: «За что?» Он показывает: на шее красные пятна. Я, оказывается, ночью бросалась на него. Задушить пыталась.
– Прямо задушить? Да ладно, – недоверчиво протянул Палыч.
Марии это тоже показалось странным.
– Может, врет твой Денис?
– Так у меня потом еще было, – тяжко вздохнула Владислава. – Диня даже видео снял. Как я с ножом на него шла. И посуду била.
Палыч и Мария переглянулись.
– А это каждую ночь с тобой? – спросил он.
– Нет. Иногда только. Но Денис сказал, что с него хватит. Условие выдвинул – или к психиатру, или развод. Вчера поставил перед фактом: записал к врачу, и я обязательно должна пойти. А я расплакалась – и ушла.
– Без денег, – напомнила Мария. – Настоящая психичка.
А Палыч вдруг спросил:
– Твой Денис москвич?
– Какое это имеет значение? – спросила Влада в запальчивости.
Но и Мария заинтересовалась:
– Квартира, где вы живете, – она кому принадлежит?
– Моя.
– Рыночная стоимость?
– Не знаю точно, – растерялась та. – Трехкомнатная. В кирпичном доме.
– Ха, тогда ясный пень! – осенило Марию.
В их магазин приносили бесплатную газету, и недавно как раз статья: риелторы черные у беспомощных жилье отжимают. Поят до полусмерти – чтобы в бессознательности дарственную написали. Или женятся на таких вот нескладных, доводят до гробовой доски, а потом вступают в наследство.
Так что Мария сразу выстроила версию:
– Никакая ты не сумасшедшая. Муженек твой, видать, та еще сволочь. Ты свою валерьянку где держишь?
– Д-дома. На тумбочке у постели.
– Ну вот. Он тебе туда отраву и подкладывает.
– Но зачем? – побледнела Владислава.
– Чтоб сама себя придурочной считала. Тогда и врачам будет легче диагноз поставить.
– Так я вчера разгрыз ее таблетку, – напомнил Палыч, – и не буянил.
– Ну, видно, какие-то – валерьянка, а какие-то – нет.
– Не может Денис так поступить! – решительно сказала Владислава.
– Мужики – те еще козлы. Они все могут, – заверила Мария.
А Палыч спросил:
– У тебя это видео, где ты с ножом, есть?
– Н-нет. Мне Диня на своем телефоне показывал.
– Может, монтаж?
– Нет, – вздохнула горько. – Я там. И лицо мое. И одежда. И квартира наша. Только я бы никогда не стала вред причинять. Тем более человеку своему любимому.
– Ты давно замужем? – участливо спросил Палыч.
– Г-год.
– Где познакомились?
