– Я уже сказал тебе. Мне было скучно. Просто скучно.
– Как глубоко ты погряз?
– О господи! Да говорю же тебе, что я ни в чем не замешан! Просто я дал им деньги. На доставку. Это все.
– Кому ты давал деньги?
– Ну… знакомым. По клубу.
– Это преступники?
– Не знаю. А сегодня все преступники. Да, полагаю, что они были преступниками. И остаются ими. Поэтому я порвал с ними. Полностью вышел из этого дела!
– Ты когда-нибудь что-нибудь подписывал?
– Господи, конечно, нет! Я же не сумасшедший.
– Нет, сумасшедшим я тебя не считаю. Я считаю, что ты просто идиот.
«Генрих Крюгер, Генрих Крюгер, Генрих Крюгер…» Алстер Скарлетт встал с дивана и закурил. Подошел к камину, швырнул спичку в потрескивающие поленья.
– Я не идиот, мама, – ответил он серьезно.
Элизабет не обратила на эту реплику никакого внимания.
– Ты всего лишь давал деньги? И ты не замешан ни в каком насилии?
– Нет! Конечно, нет!
– Тогда кто этот капитан? Человек, которого убили?
– Не знаю. Слушай, я уже говорил. Да, признаю, я был там. Ребята сказали, что это очень забавно: посмотреть, как выгружается контрабанда. И все, клянусь тебе. Там начались какие-то беспорядки. Команда затеяла драку, и я быстро ушел.
– И больше ничего? Это все?
– Да. А чего ты от меня ждала? Чтобы руки и ноги у меня были в крови?
– Только этого еще не хватало. – Элизабет вышла из-за стола и приблизилась к сыну. – А как насчет женитьбы? Ты женишься тоже от скуки?
– Я думал, ты одобришь мой шаг.
– Одобрю? Когда это мое одобрение или неодобрение тебя волновало?
– Всегда.
– Мне нравится эта девочка Саксон, но вовсе не потому, почему, как полагает Чанселлор, она должна мне нравиться. Я ее видела, она кажется мне очень милой… Но я не уверена, что одобряю тебя. Ты любишь ее?
Алстер Скарлетт искоса глянул на мать:
– Я полагаю, из нее получится хорошая жена.
– Поскольку ты не ответил на мой прямой вопрос, задам тебе другой: а ты уверен, что из тебя получится хороший муж?
– Ну, мама, я читал в «Вэнити фэр», что я самый завидный жених Нью-Йорка!
– Хорошие мужья и завидные женихи зачастую понятия взаимоисключающие… Почему ты хочешь жениться?
– Пора.
– Я бы приняла такое объяснение от твоего брата, но от тебя не приму.
Скарлетт подошел к окну. Момент назрел. Момент, который он планировал, который не раз репетировал наедине с собой. Он должен сказать просто, как будто эти слова ничего не значат. Он произнесет их, он сделает все как надо, и в один прекрасный день Элизабет поймет, как она ошиблась.
Нет, он не идиот, не глупец; он – гений.
– Я говорил об этом Чанселлору. Теперь скажу тебе. Я действительно хочу жениться. И еще я хочу заняться чем-то серьезным… Ты спросила, люблю ли я эту девушку. Думаю, да. Или полюблю. Для меня сейчас важно другое – я хочу успокоиться, начать нормальную жизнь. – Он повернулся к матери. – Я хотел бы узнать, что вы с отцом создали для нас. Я хочу понять, что, в сущности, представляет собой семья Скарлатти. Это знают, кажется, все, кроме меня. Пора узнать и мне, мама.
– Да, пора узнать и тебе. Но должна предостеречь тебя. Не поддавайся иллюзии, что уже одно только имя Скарлатти гарантирует участие в управлении делом. Прежде чем тебе будет предоставлено право решать, ты должен доказать, что достоин этого. Учти, я действую так во имя Скарлатти.
– Да. Ты всегда давала мне это ясно понять.
Элизабет Скарлатти обошла стол и снова уселась в свое кресло.
– Я никогда не придерживалась мнения, что в мире ничего не меняется. На самом деле меняется все. Может быть, у тебя есть таланты. Ты – сын Джованни Скарлатти, и, возможно, я поступила глупо, переменив вам фамилию. Потому что он был гением… Приступай к работе, Алстер. Посмотрим, что из этого выйдет.
Алстер Стюарт Скарлетт шел по Пятой авеню. Выглянуло солнце, он расстегнул пальто. Он улыбался. Прохожие смотрели на этого высокого человека, который в феврале вышагивал в расстегнутом пальто. Он был вызывающе красив, этот человек, ему сопутствовал успех. Да, некоторые рождены для успеха. Некоторые.
Алстер Скарлетт ловил завистливые взгляды мелких людишек и соглашался с их мыслями.
Генрих Крюгер шел вперед.
Когда президент «Уотерман траст компани» Гораций Бутье ознакомился с распоряжением Чанселлора по поводу «образовательной программы» для Алстера Скарлетта, он недолго раздумывал над тем, кого назначить ответственным за исполнение столь высокой миссии.
Третьего вице-президента Джефферсона Картрайта.
Картрайту уже приходилось встречаться с Алстером Скарлеттом – всякий раз, когда возникали какие-то деловые вопросы, для их решения с этим отпрыском славного рода призывали именно Картрайта. И для того были веские основания: похоже, он был единственным из высокопоставленных официальных лиц «Уотерман траст», кто не вызывал у Алстера Скарлетта мгновенного раздражения. В значительной степени это объяснялось весьма неортодоксальной личностью Картрайта. Да, он совершенно не походил на традиционного банкира.
