- Вот это видео! - торжествовала она. - Битва миллионеров за бесплатные цветы! Пожалуй, я с ним на ютьюбе на весь мир прославлюсь!
Подруга ошиблась лишь в одном. На весь мир она прославилась совсем по другому поводу.
Мы огляделись. Зал быстро пустел. Жанна так и сидела в ложе и, похоже, даже задремала, уткнувшись в бархатные перила.
- Наверное, вчера перебрала шампанского! - хмыкнула Машка. - Пойдем разбудим! Куда, интересно, подевался Гена?
- Жанна! - позвала она, когда мы зашли в ложу. - Просыпайся! Пора домой.
Жанна не шевельнулась. Я посмотрела на нее внимательней, и противный холодок сковал мне живот - верный признак надвигающегося трындеца.
В волосах Жанны не было алмазной звезды.
Я бросилась к красотке, рывком повернула ее к себе. Глаза Жанны были закрыты. Пульс не прощупывался.
В этот момент в ложу заскочил Геннадий - красный и запыхавшийся.
- Еле нашел! - начал бубнить он с порога. - Сказали: ложа двенадцать левая! А оказалось - ложа вторая пра…
Он осекся, наконец оценив увиденное. Скакнул к нам, отшвырнул мою руку, профессионально схватил Жанну за шею в поисках пульса. Выкатил глаза и заорал:
- Что?! Что случилось?
- Маша, быстро! Ищи дежурных, тут должен быть врач. Хотя… Вызывай полицию.
Жанна мертва, звезду украли… - не отвечая, скомандовала я.
- Может, массаж сердца? Дыхание рот в рот? - с надеждой спросил Геннадий.
Я покачала головой. Поздно. А Машка уже свесилась прямо с ложи, увидев в партере человека в униформе:
- Скорей! Тут женщину убили! Врача! И вызовите сюда полицейских! - закричала она по-английски.
Несколько замешкавшихся зрителей замерли на месте. А потом стали подтягиваться к нашему балкону - на дополнительное бесплатное представление.
Я в это время пыталась понять, что произошло. Никаких следов на теле красавицы не было. Инсульт? Тромбоэмболия? Но куда тогда делась заколка?
- Может, ее проткнули заточкой, как Сиси? Посмотри под платьем, - в ужасе прошептала Машка, отвернувшись к стене. Она не выносила вида мертвых тел.
Но Жанну убили не заточкой. На ее плече я увидела маленькую каплю крови на месте укола.
Это хоть что-то объясняло. Скорее всего, кто-то подошел сзади и ввел ей сильный нервно-паралитический яд. Он подействовал мгновенно.
- Нет, ну как так-то… - растерянно причитал Геннадий, вдруг разом потеряв весь свой победный напор. - Ведь совсем немного опоздал… Что я Михал Дмитричу скажу…
Тут к нам наконец заскочили молодой врач с чемоданчиком и солидный мужчина, очевидно, из администрации филармонии. Следом за ними ввалились двое рослых мускулистых полицейских, дежуривших в фойе. А следом в ложу просочилось несколько возбужденных ребят с телекамерами на плечах. Сегодня их поцеловал в макушку бог журналистской удачи: даже я понимала, что убийство на знаменитом новогоднем концерте войдет в мировой топ новостей.
Полицейские попытались прогнать операторов, но парни упорно высовывали камеры из-за их спин.
- Мы спустились в партер, а когда вернулись, нашли нашу знакомую мертвой. - Обычно бойкая, Машка говорила на английском так медленно, будто не могла подобрать слов. Хотя язык знала блестяще. Просто она сама не могла поверить: вот всего несколько минут назад мы болтали с Жанной, а теперь…
- Еще у нее украли алмазную звезду…
- Какую звезду? - сурово переспросил полицейский, совсем молоденький высокий блондин с холодными голубыми глазами.
- Заколку для волос, как у Сиси. Жанна и ее муж были уверены, что это настоящая звезда вашей императрицы. Говорят, за ней охотился какой-то коллекционер.
Сказать, что слова Машки произвели эффект бомбы, - значит недооценить масштаб беды.
Полицейские уставились на нас в остолбенении. А журналисты начали кричать из-за спины:
- Кто она? Откуда взяла звезду Сиси? Вы видели, кто ее убил?
Сколько раз в ближайшие часы нам еще предстоит отвечать на эти вопросы…
Машка все же сказала на телекамеры несколько слов - из чувства журналистского братства. Вспомнила, как сама так же выкрикивала вопросы из-за чьих-то спин.
А я смотрела на все в каком-то тумане. Будто сознание, обидевшись, отделилось от тела и поглядывало на происходящее со стороны. Вот местный врач рядом с телом Жанны разводит руками: ничего сделать нельзя. Вот в ложу входят еще двое полицейских, постарше - очевидно, из местного убойного отдела. Отдают распоряжения - и зеваки, толпящиеся в партере, послушно идут к выходу. Нас выводят из ложи, у дверей тут же встает охрана: это теперь место преступления.
- Да, блин, приобщились к прекрасному! - зло шепнула мне Машка уже в полицейской машине.
Я вздохнула. Кто ж знал, что сказки Венского леса окажутся ужастиком.
Остаток первого новогоднего дня мы провели в полицейском участке. В какой-то момент расспросов, уже больше похожих на допрос, мне даже захотелось вызвать адвоката. Хорошо, что поднаторевшая в расследованиях Машка сразу же предложила полицейским нас обыскать - во избежание ненужных подозрений.
