До вечера никто не позвонил и на послание не ответил. Кошка выпила молоко, съела две сосиски и вареное яйцо. Ночью она шуршала, царапала когтями одеяло и даже мяукнула раз или два. Дима подумал, что ей снятся кошмары. А наутро, к своему изумлению, обнаружил, что Соня родила четверых котят: двух как она, серо-белых, и двух рыжих. Дима слегка опупел и не поверил глазам - они присосались к ней, маленькие, как мыши, и слепые. Месили лапками ее живот, а она издавала гортанные звуки - похоже, разговаривала с ними. Она подняла голову, посмотрела на Диму, и было что-то в ее глазах…
-Ия вдруг понял! - сказал потрясенный Дима по телефону своей подруге Эле. - Я понял, почему они почитались в Египте!
Ихняя Бастет… посмотрел в Интернете, богиня радости и любви, в виде женщины. А у Сони… ее зовут Соня! Лицо такое умиротворенное, она выполнила предназначение, понимаешь? И мудрость, и кротость… открывает рот и ни звука! И я понял: вот кто главный! Она главная, а мы, мужики, просто орудие! Инструмент! А она смотрит, улыбается и все понимает! А они вцепились… почти без хвоста, похожи на тигра, чавкают и перебирают лапками…
- На тигра? - удивилась Эля. - В каком смысле?
- Носы широкие, как у тигра! И слепые. Это она их ночью… А я не врубился, думал: чего такая здоровая, а она родила! На ошейнике номер телефона и имя. Позвонил, не отвечают. А если бы я не вернулся? Я и собирался, между прочим, остаться в городе, но прямо как будто что-то потянуло, представляешь?
- Мальчики или девочки? - спросила Эля.
- В смысле?
- Котята!
- Да кто их разберет, они ж мелкие! Слушай! - вдруг воскликнул Дима. - А если ее выгнали? Не хотели котят и выгнали?
- Да ну, ты чего! Не может быть… какое-то зверство! Средневековье!
- Точно, ошейник бы сняли. А если позвонят, котят тоже отдавать? Или только кошку? Или вообще отморозиться?
- Пусть позвонят сначала, - рассудительно сказала Эля. - Ты же не любишь кошек.
- Не люблю. Но она не кошка!
- А кто?
- Понятия не имею. Голова большая, круглая, ушек почти не видно, глазищи - во! Оранжевые! И видно, что все понимает, только не говорит. Серая с белым, шерсть как бархат. Искал в Интернете, ничего похожего! Может, гибрид какой-нибудь? И котята какие-то странные…
- Ага, похожие на тигра. Купи ей песок, а то потом замахаешься пол мыть, - сказала Эля. - Сейчас всяких пород полно.
- Я буду выпускать ее на улицу. Тебе котенок не нужен?
- Мне? - она задумалась. - Даже не знаю.
- А Леониду? У него дети, может, возьмет?
- У них уже есть собака, он жаловался, никто с ней гулять не хочет, обленились. Вряд ли еще кошку…
Леонид - друг Эли, женат, двое детей. Уже семь лет они вместе, можно сказать. Ну как водится, сначала любовь, восторги, планы на будущее, а теперь просто дружат. Семью со счетов просто так не скинешь.
Они познакомились летом, Леонид и Дима, даже подрались сгоряча, и Дима разбил ему нос. В свой день рождения. Он пришел к Эле с бутылкой, настроение и так хреновое, а тут еще Лапик… домашняя кличка!
А тут еще Лапик, который на тот момент случился у нее в гостях, стал выступать: и то ему не так, и это, и художник из Димы хреновый, и заработать на жизнь не может! Он вообще любит зудеть и жаловаться на всех подряд. Ну и пришлось объясниться.
Потом как-то так сложилось, что Диме понадобился приличный человек для одного дела, и он вспомнил про Лапика.
- Да пойми ты, чудак-человек, с твоей рожей лоха-аристократа бабло можно лопатой грести, - убеждал Дима Лапика. - Если бы не чертова крыша…
Дерево упало на крышу студии, а тут обещали циклон и нужно немедля чинить, а денег, как на грех…
В результате заработали они кое-что. Лапик очень стеснялся, но деньги взял, сказал, сын давно просит новый комп, он подсобрал, но не хватает. Теперь хватит. И не подумайте, что афера, нет, Арик сам напросился!
Артур Головатый, друг Димы, владелец антикварного магазинчика «Старая лампа», влетел, как пацан, - а вот не надо быть таким борзым! Ну да это уже прошлая история.
Так они подружились, хотя совершенно разные. Лапик - наследный принц, пять иностранных языков, галстук-бабочка, лоск, антураж, из себя аккуратист - чисто выбрит и с маникюром. Типа с маникюром, не в прямом смысле. А Дима… Дима!
Он выше всяких выпендрежных бабочек, носит то, в чем ему удобно, а удобно ему в вытертых джинсах и растянутом свитере до колен; зимой еще старая дубленка и столетней давности ковбойские сапоги. Небрит и нечесан. Но художник хороший, выставляется в Галерее, и, между прочим, почти все раскупается. И красавчик из себя! Причем не женат - свобода, говорит, дороже. На секс согласен, а жениться только под наркозом.
- Приходи, надо отметить, - сказал Дима. - Выберешь себе кошака. Лапика приводи, посидим. Сегодня сможешь?
- Сегодня не смогу, - ответила Эля. - Надо поработать. Давай… - Она задумалась. - Завтра в семь!
- Нормально, - одобрил Дима. - И корма принеси! Она ест все, но, может, надо еще витамины… чем их там кормят.
Он взял альбом и карандаши, принес стул и сел около кошки. Потом пересел на пол, на краешек одеяла. Соня посмотрела на него и мурлыкнула.
