– Сначала скажите, кто вы.
– Это обсудим позже.
– Вы пытаетесь меня шантажировать?
– Нет, просто хочу получить информацию.
Браун помолчал.
– Какого рода?
– Поговорим при личной встрече. Я хочу увидеть вас сегодня.
– Сегодня?
– Да.
Еще одна пауза.
– Встретимся вечером, – сказал Браун. – Перезвоните мне в половине седьмого. Я скажу, куда прийти.
– В половине восьмого.
И Браун повесил трубку.
Изображение медленно выползало из гудевшего и подрагивавшего факса. Гончая взяла термобумагу и отрезала ножницами. Это был снимок, присланный в ответ на ее запрос одним радиофаном в Колорадо. К нему прилагалась написанная от руки записка. Гончая рассматривала фото, когда к ней подошел Марк и заглянул через плечо.
– Что это? – спросил он.
– Та самая женщина. Я знала, что уже видела ее лицо. Здесь она моложе, но это точно она.
Фотография была сделана на месте преступления, возле какого-то жилого дома, из которого полиция выводила Миф Дэниелс. Ей было лет двадцать с небольшим. Гончая поежилась. Она вспомнила и это фото, и то, что поразило ее в нем тогда, в первый раз.
Холодное, надменное лицо. В нем не было ни сожаления, ни раскаяния, – лишь спокойное сознание только что совершенного убийства.
Гончая взяла сопроводительную записку. В ней стояло всего два слова: «Позвони мне».
– Кто это прислал? – спросил Марк.
– Парень по имени Гэри Конвей. Он живет в Колорадо. Я познакомилась с ним на нашем съезде пару лет назад. Похоже, там я и видела этот снимок.
Она не стала говорить, что во время съезда Гэри настойчиво пытался ее закадрить, но получил отпор.
Марк вернулся за кухонный стол и продолжил свои занятия. Он учился заочно и параллельно копил взносы за учебу. Марк надеялся, что со временем переведется на очное отделение и соберет достаточно денег, чтобы бросить работу вышибалы.
Продолжая держать снимок, Гончая взяла трубку и набрала номер Конвея.
Тот ответил после первого сигнала.
– Привет, Гончая.
– Как ты узнал, что это я?
– Я послал тебе факс. Думал, ты захочешь услышать комментарии.
– А что, больше тебе никто не звонит? Ты жалкий тип, Конвей. – Гончая снова посмотрела на фото. – Короче, это действительно она. Какие комментарии?
– Это было давно, лет двенадцать или тринадцать назад. В Денвере. Женщина хладнокровно пристрелила одного парня. Наповал.
– Я помню.
– Ну вот. За несколько недель до этого она попыталась обвинить его в изнасиловании, но ничего не вышло. А потом его нашли мертвым у ее двери. Женщина сказала, что он вломился к ней с ножом.
– И она его прикончила?
– Точно.
– У тебя есть снимки трупа?
– Нет. Когда я приехал, его уже унесли. В газетах тогда много об этом писали. Обсуждали, была ли это действительно самозащита.
– Были причины?
– Кто знает, может, все было подстроено. Она знала этого парня и могла его пригласить. Если бы эта телка меня позвала, я бы точно пошел.
– Ей предъявили обвинение?
– Нет. Все ограничилось разговорами. А зачем тебе снимок Мадлен Уолтон?
– Кого?
– Мадлен Уолтон. Разве мы не о ней говорим?
Гончая быстро пролистала записную книжку.
– У меня написано, что ее зовут Миф Дэниелс.
– Проверь еще раз.
Гончая нахмурилась и сравнила свой снимок с фотографией Конвея. Одно и то же лицо. Она записала в книжке «Мадлен Уолтон» и поставила рядом большой знак вопроса.
– Я уточню. Есть что-нибудь еще?
– Да. Когда ты бросишь своего тупого верзилу и приедешь ко мне? – Он помолчал и добавил: – Надеюсь, ты не включила громкую связь?
– К счастью для тебя, нет. Спасибо, Конвей. Как-нибудь увидимся.
Она повесила трубку и снова уставилась на снимки. Марк подошел сзади и начал разминать ей плечи.
– Что-то не так? – спросил он.
– Пока не знаю, – ответила Гончая, продолжая разглядывать фото. – Но скоро выясню.
Кен шагал по длинному коридору здания, в котором находилась штаб-квартира «Краун металз». На часах было семь двадцать, и до условленного звонка Дону Брауну оставалось десять минут. Но Кен не собирался звонить.
Будет лучше, если он нагрянет неожиданно. Неизвестно, насколько Браун замешан в этом деле, так что глупо упускать инициативу и давать ему время подготовиться. Внезапность – лучшая стратегия.
Кен миновал пустую будку вахтера и спустился в подземный гараж. Здесь было холодно и темно. Неуютное местечко. Он мог бы войти через главный вход, но не хотел связываться с охраной. Кен предпочитал явиться без доклада. Его шаги эхом отдавались в безлюдном помещении.
Он нашел лифт и поднялся на восьмой этаж, где находились почти все офисы компании. В приемной было пусто. Вот и хорошо. Никто не помешает. Кен просмотрел список кабинетов и нашел номер Брауна. Комната № 8023.
Он зашагал по коридору с таким видом, словно имел полное право здесь находиться. Роль была сыграна блестяще, но оценить ее было некому. Конечно, в каких-то из этих комнаток наверняка остались засидевшиеся допоздна трудоголики. Но, поворачивая за угол, Кен каждый раз видел только тихие переходы. Он продолжал идти дальше, поглядывая на номера офисов.
Внезапно лампы погасли.