Он открыл дверь, впустил полицейского и щелкнул выключателем. Одна из люминесцентных ламп раздраженно замигала.
– Ну как, много жуликов поймали? – спросил Гэнт, обогнув стойку с полиграфом.
– Так, парочку-другую. А вы?
Гэнт пожал плечами:
– Пока не знаю.
– Может, я чем-то помогу?
– Может, и поможете. Скажите, откуда вы знаете Бартона Сабини?
Кен на мгновение оцепенел – и этого хватило, чтобы Гэнт узнал правду. Кен мысленно выругался. Чертов коп его поймал.
Надо держать себя в руках.
– Я слышал это имя.
– И не только слышали, правда?
Кен лихорадочно соображал. Что ему известно? Если Кен расскажет слишком много, у них с Миф будут большие неприятности, а если слишком мало – ему грозит обвинение в убийстве.
Пора было отвечать.
– Он звонил мне несколько недель назад. Сказал, что собирается пройти проверку на детекторе по какому-то судебному делу. Задавал тысячи вопросов. Насколько надежны эти тесты и все в таком роде.
– Больше ничего?
– Больше ничего.
Гэнт достал из кармана бледную ксерокопию.
– Мы обнаружили в блокноте Сабини ваш рабочий номер и адрес офиса. Он сделал эту запись за две недели до своей смерти.
– Он умер?
– Убит. Почти таким же способом, как и ваш приятель Карлос.
Пока Гэнт разворачивал листок, Кен вдруг вспомнил о стопке документов и газетных вырезок, связанных с делом Сабини. Эти бумаги передала ему Миф, и сейчас они лежали на столе прямо под носом у полицейского. Лейтенант их не замечал. Пока.
Гэнт показал ему номер и телефон из блокнота Сабини.
– Значит, вы никогда с ним не встречались?
– Нет.
Лейтенант убрал бумажку. Кен покрылся потом, увидев, как Гэнт перевел взгляд к столу, скользнул по наваленным бумагам и… миновав их, остановился на полиграфе.
Похоже, Гэнту нравилось это устройство. Как и в первый раз, он взял измерительную манжету и стал разглядывать датчики.
Беспокойство Кена внезапно превратилось во вспышку гнева. Черт возьми, этого не должно было случиться! Расследование убийства не входило в сделку.
Гэнт вопросительно поднял одну бровь.
– Долго вы обучались своей профессии?
– Я закончил шестинедельные курсы.
– Всего шесть недель? И после этого вы беретесь решать судьбу людей?
– Такое уж ремесло.
Гэнт покачал головой:
– Мне не нужны все эти приборы, мистер Паркер. Когда поработаешь с мое, раскусить лжеца не так уж трудно.
– Неужели?
Полицейский внимательно посмотрел ему в лицо. Потом кивнул.
– Иногда я делаю вид, что верю какому-нибудь обманщику, а на самом деле просто жду, когда он сам себя разоблачит. Но я знаю правду.
Наступила долгая пауза. Гэнт повернулся к двери.
– Вам известно, как со мной связаться. Сообщите, если что-нибудь вспомните.
– Обязательно.
Лейтенант улыбнулся и вышел из кабинета. Только тогда Паркер заметил, что давно затаил дыхание, и выпустил воздух из легких.
По дороге домой Кена застала весенняя гроза. Когда он выскочил из машины и побежал под козырек подъезда, на него обрушился проливной дождь. Было почти десять вечера, но Кена все еще трясло после визита Гэнта. Сколько времени он не отдыхал по-настоящему? Трудно вспомнить.
Когда он проходил место, где убили Карлоса Валеса, его снова бросило в дрожь.
Карлоса зарезали так же, как Бартона Сабини.
Совпадение? Гэнт уж точно так не думал.
Он сунул ключ в замочную скважину, но дверь открылась раньше, чем Кен успел его повернуть. Он удивленно отступил, чувствуя, как вода стекает с мокрых волос за воротник. Потом осторожно заглянул в темную квартиру.
Кен отлично помнил, что запер дверь.
Прошло несколько секунд. Он шагнул внутрь и остановился, стараясь привыкнуть к темноте. Его глаза бегали по квартире, но кругом стояла густая тьма.
Некоторое время он стоял, прислушиваясь к дождю. Потом протянул руку к лампе. Щелкнул выключателем и…
– Здравствуй, Кен.
Он резко развернулся и чуть не смахнул лампу на пол. Из спальни появилась чья-то фигура. Это была Миф.
– Я тебя не напугала?
Она подошла к входной двери и плотно ее прикрыла.
– Не думал, что у меня гости.
– Извини, пришла без приглашения. Ты не против?
Кен пожал плечами.
– Тебе надо поставить другой замок. Я за две секунды открыла его с помощью кредитной карточки. Только магнитную ленту поцарапала.
– Что ты тут делаешь?
Она подошла к нему ближе.
– Соскучилась.
– Ты вроде говорила, что мы не должны видеться.
– Хочешь, чтобы я ушла?
– Я этого не сказал. А как насчет полиции? Разве жизнь Сабини теперь не будут рассматривать под микроскопом?
– Полиция меня уже допросила. Не думаю, что возникнут какие-то проблемы. По крайней мере я решила, что стоит рискнуть. Ты не против?
Миф протянула руки, расстегнула две пуговицы на его рубашке. Поцеловала его в грудь.
– Ну как, все в порядке?
Он кивнул.
Ее руки скользнули за вырез рубашки и погладили его по животу.
– Если не хочешь, я могу уйти.
– Хочу.
– Вот и хорошо.
Они лежали на его матраце, слушая, как по стеклу барабанит дождь. Миф приподнялась на локтях и мягко провела волосами по его груди.
– Значит, ты по мне соскучилась, – сказал Кен.
– Да. Даже не думала, что так случится.
– Вот как. Спасибо.
– Нет, просто я… трудно схожусь с людьми.