На мой взгляд, есть два главных пути, которые могут постепенно изменить ситуацию. (Один из них традиционно называют пропагандой, а другой – выпячиванием.) Первый – просвещение. Давать людям информацию: правдивую, объективную, основанную на научных представлениях, а не предрассудках, стереотипах и религиозных воззрениях. Второй (это относится к самим ЛГБТ) – открытость. Открываться, выходить из шкафов, рассказывать о себе. В подавляющем большинстве случаев люди нетерпимы к ЛГБТ, но при этом не знают ни одного гея или лесбиянки. По итогам опросов Левада-Центра, на которые я не раз ссылалась, выяснилось, что лишь у 5% опрошенных есть такие знакомые127. Удивительна ли нетерпимость? Изменить отношение люди смогут, когда увидят, что ЛГБТ-люди – это люди, обычные люди, не мифические чудища (помесь озабоченного с педофилом в розовых рюшах), а их соседи, друзья, коллеги, знакомые и даже родственники.

Это будет трудно и долго. Но иначе – никак.

По моему глубокому убеждению, человек имеет право распоряжаться собой.

Человек имеет право жить, как хочет, если его «хочу» не затрагивает окружающих.

Права ЛГБТ-людей, за которые они борются, не затрагивают никого. Они неотъемлемы от самого их существования. Это – для начала – право не лгать и не бояться, право быть собой и свободно заявлять о себе.

Стоит ли надеяться на то, что все изменится к лучшему? Я считаю – да. Перемены не будут быстрыми. Тем, кто хочет свободы и браков «здесь и сейчас», лучше уехать за границу. Тем, кто не может эмигрировать, хочет и готов бороться, – есть за что бороться. Будущее в наших руках: в руках неравнодушных. В руках нынешних подростков, которые станут взрослыми и – кто знает? я надеюсь – не растеряют желание жить и не бояться, жить и не скрываться, жить и менять мир вокруг к лучшему.

Надежда, 15 лет (Саратов):

– Согласна ли я, что не надо афишировать сексуальную ориентацию / гендерную идентичность, тогда и проблем не будет? Не согласна. Потому что сплетни будут, как бы тщательно ты ни скрывался. Потому что нигде не будешь чувствовать себя в безопасности. Потому что камин-аут в сотни раз лучше, чем аутинг. Потому что врать – значит бояться сказать правду. Потому что никому не сможешь доверять. Потому что должен будешь следить за каждым словом. А еще – потому что мы вправе быть такими, какие мы есть.

Максим, 17 лет (Симферополь):

– Что значит афишировать? Меня это слово в бешенство приводит, я не хочу афишировать, я хочу любить! Почему я не могу поцеловаться со своим парнем на улице у всех на глазах или за руку его взять, если хочу? Это не афиширование, это любовь!

Анна, 17 лет (Нижний Новгород):

– Ориентация – важная часть жизни, и невозможно спрятать ее без ущерба для себя. Всегда и везде найдутся люди, которые будут осуждать тебя, которым ты не понравишься. Это нормально. И касается не только ориентации.

Инга, 17 лет (Рязань):

– Чем больше людей молчит, тем больше общество будет считать открытых ЛГБТ ненормальными и достойными костров инквизиции. Куда сложнее ненавидеть ЛГБТ, когда один из их представителей живет с тобой на одной лестничной клетке, двое других учатся/работают с тобой, а по улице идет милая парочка с детишками.

Чарли, 15 лет (Сургут):

– Это безмолвное согласие с гомофобией. Жить в страхе хуже, чем не жить вообще.

Данил, 16 лет (Саяногорск):

– Я считаю, человек должен сам решать, хочет он рассказывать о себе или нет. И если хочет – никто не должен ему это запрещать.

Мари, 17 лет (Псков):

– Если прятаться – люди в РФ вообще никогда нас не примут, ибо «наши люди не такие!!!». Когда я целовалась со своей девушкой на улице, люди так смотрели и улыбались непонятно, как будто они впервые видят такое, а некоторые вообще говорили: «Оу, они существуют!» Я считаю, что если человек сам принимает себя и любит таким, какой есть, то его и общество примет.

Тима, 14 лет (Москва):

– Скажите, как мы собираемся добиться элементарных прав на равноправие, пока мы сидим у себя дома и прячемся в шкафу? Это первое. Во-вторых, так или иначе никакой «пропаганды гомосексуализма» нет и не существовало. В-третьих, как люди (ЛГБТ) в США добились своих прав? Как я читал, с помощью публичных выступлений и, главное, с помощью парада во много тысяч человек.

Дима, 16 лет (Москва):

– Тезис «Не открылся – нет проблем» должен исчезнуть из нашей жизни как можно скорее.

Л. В., 17 лет (Екатеринбург):

– Нельзя жить и врать. Каждый день врать, врать всем на свете. До смерти. Всегда нужно отстаивать свою правду. Только так можно что-либо изменить.

Ивлина, 16 лет (Санкт-Петербург):

– Возможно, у общества не будет проблем, потому что ты впишешься в рамки нормальности. Зато будут огромные психологические проблемы у тебя самого.

Настя, 16 лет (Богородицк):

Перейти на страницу:

Похожие книги