Дети апокалипсиса полностью

Фух… Я облегченно выдохнул. Кажись, дело пошло. Дрались – это дело житейское. Помирятся. Ну вот не могу я бросить этого пацана, хоть убейте! А какие есть варианты? Отпустить – и с интересом понаблюдать, как через минуту его загрызет бродячая стая? А вы в зайца хоть раз стреляли? Как он кричит – слышали? Как дитя малое! Я сутки после этого не спал. Кровавые зайчики в глазах…

– Ну вот и отлично! Тогда на, держи! – Я протянул пареньку ключи, проигнорировав удивленный взгляд Ильи. – Сто восемьдесят седьмая квартира…

Булат неожиданно улыбнулся:

– Я знаю! Я тут всех знаю! Меня папа тренировал, он разведчик! А с Кирюхой я драться больше не буду, пусть только не задается!

Дистанция между нами как-то незаметно сократилась. Очень осторожно треплю пацана по голове.

Вручаю личную связку. Ладно, даже если потеряет – у нас вся семья знает, где заныкана аварийная копия ключей.

– Давай уже, только осторожно. Последний этаж, конфеты в серванте, второй планшет – на угловом столе, в гостиной. Графический пароль – английская буква «L».

Для наглядности рисую пальцем в воздухе.

Мелкий кивает, крепко сжимает ключи в кулаке. Потерявшийся волчонок, которого неожиданно погладили…

– Я побегу?

– А то!

Булат рванулся, разноцветные резиновые кеды зашуршали по асфальту. Двадцать секунд и, оглянувшись напоследок, он исчезает в подъезде.

– Дед Мазай и зайцы… – иронично прокомментировал Илья.

– Молчи уже, Главзаяц. Я тебя чуть ли не первым подобрал. Бери весло, и погребли к Скрипачу. Утомил он уже своим стуком…

Интерлюдия: Булат

Он сидел на площадке второго этажа, наблюдая за двором и размышляя. Предмет его раздумий – парочка наивных старшаков как раз настороженно пересекала дорогу. Шли они к третьему дурню, весь вечер громыхавшему железякой по зеленому фургону. Еще немного – и раздраженная Стая утащит его, не дожидаясь ночи.

Хотя… Не такие уж эти пацаны и наивные. Вон как очкарик на него зыркал! Будто лампой в глаза светил… Хорошо хоть помог отработанный трюк с уколом в палец! Там ведь в чем фокус? Сколько на кнопку ни дави – цифра не изменится: один-точка-семь.

Наверное, это действительно мало, раз очкарик так возбудился. Раньше Булат объяснял все сам. Давил на жалость, пугал страшной болячкой. Хорошо хоть в этот раз не успел рассказать, какая она заразная. Кучерявый мигом бы насторожился…

Вот только жалко, что лопухнулся со сгущенкой. Стая не терпит нахлебников, да и щенкам нужна нежная пища. Впрочем… Что там сказал тот плечистый старшак? У него в квартире маются дурью два сладких куска мяса? Ю-ху!!!

Булат негромко засмеялся и подкинул в руке связку трофейных ключей. Щенки получат свое лакомство, а он – похвалу Вожака!

Проверив, легко ли выходит из рукава заточка, мальчишка провел пальцем по клинку около рукояти. Шесть насечек. Скоро добавится еще пара, которая прекрасно дополнит орнамент оружия. Да и ему самому лишняя сила не помешает!

Удовлетворенно кивнув, первоклашка вскочил на ноги и легко запрыгал по ступеням наверх. А где-то на улице ободряюще взвыл седой алабай.

Такое ощущение, что Генка нас не видит. Не угашенный ли он, часом? Таблеток всяких вокруг – вагон. Хрустят вон в мусоре под ногами, как горошины весеннего града.

Стоим рядом, ждем, пока Скрипач обратит на нас внимание.

Оловянный взгляд сквозь узкие щели подбитых глаз. Монотонная долбежка в пуленепробиваемую лобовуху микроавтобуса. За измочаленным стеклом виднеется скрюченное тело водителя.

Количество людей с фингалами под глазами превышает всякие разумные границы…