Тут монахи столкнулись с трудностью. Они хотели сохранить Свойства в общине и знали, что они переходят к старшему ребенку. Но как быть с обетом безбрачия? И с женщинами, которых нельзя принять в монастырь?
Поэтому в уставе Филонеева монастыря появились особые параграфы. Филипп де Монсей был знаком с ними не понаслышке. Все монахи были Избранными. До того как прийти в общину, они обзаводились семьей. Если у них рождался мальчик, по достижении десяти лет он узнавал тайну филонейцев и давал обет в свое время тоже стать монахом. Девочка? Что ж, девочка становилась потерянным звеном.
Чтобы восполнить неизбежные утраты, спустя пятьдесят лет после каждого События монастырь принимал восемь послушников. Каждую ночь они спускались в подземелье с одним из Избранных и ждали Событие. Если кто-то из восьмерых послушников умирал, на его место брали нового. Во время События послушники обретали Свойства. Затем их отпускали в мир — рожать сыновей. Тех, кто успешно с этим справлялся, принимали в общину.
Филипп де Монсей был увлекающимся человеком. Необычная идея филонейцев захватила его, как некогда желание попасть на Восток. Жизнь — это игра, думал он, пряча в усах хищную улыбку. В первый раз он бросил кости неудачно. Почему бы не попробовать еще раз?
И когда один из восьми послушников по неосторожности (или по другой причине, кто знает?) упал в колодец и сломал себе шею, Монсей, проявив недюжинную настойчивость, занял его место. Теперь каждую ночь вместе с другими он спускался в рукотворную пещеру и ждал. А когда почти разуверился, наступила великая ночь, за которой последовало благословенное утро.
Монсей устроился на ночлег на каменном полу, неловко натянув на босые ноги холщовый подрясник. От грубой ткани тело нещадно свербело. Этот зуд и неудобная поза долго мешали уснуть, но наконец он задремал.
Он проснулся оттого, что по коже разлилась блаженная прохлада. Обхватив себя за плечи, он нащупал шелк. Озябшие ночью ноги теперь покоились в сафьяновых туфлях. Он сидел на мягком ложе, в уютной комнате, которую и кельей-то не назовешь. В дверях застыл с удивленным лицом один из братьев.
— Отец Михаил! Вы меня слышите? Что с вами, отец настоятель?
Отец? Настоятель?! Что-то тяжелое сдавило Монсею горло. Он сгреб в ладонь золотую цепь. Острый луч креста уколол ему руку. Он вцепился в этот символ власти игумена — и вспомнил. Двенадцать лет его жизни были начисто переписаны. И в этот раз кости легли как надо!
В этой жизни Монсею и его сообщникам повезло. По дороге к Константинополю им в руки попал клад — горшок, полный римских золотых монет. Богатство это, хотя и принадлежало всей банде, хранилось в дорожной сумке у Монсея. И когда запахло жареным, он не с пустыми руками явился к настоятелю монастыря в бухте Золотого Рога.
Старик сказал:
— Увы, сын мой. У нас в общине строгие правила. Мы не принимаем инородцев. Иди с миром, ищи спасения в другом месте…
Монсей рассмеялся ему в лицо и высыпал потускневшее золото на стол.
— Может, вы сделаете для меня исключение, отче?
Так Монсей купил себе право вступить в общину. А через несколько лет настойчивость и честолюбие привели его на самый верх замкнутого мира общины — после смерти старого настоятеля он занял его место.
Монсей вспомнил все это — и довольно фыркнул. Интересно, где сейчас его товарищи по ночным бдениям? Остались ли они и в этой жизни монахами? Интересно тогда будет взглянуть в их лица. Они помнят его скотником и водоносом, а должны будут оказывать почести как игумену. Что ж, им придется смирить гордыню и покориться Божьей воле. Такая удача, думал он. Такая баснословная удача!
Потом Монсей узнал, что в мире произошли перемены и поважнее его неожиданного игуменства. Он уснул при императоре Константине Мономахе, а проснулся при Константине Дуке. Между этими двумя Константинами за четыре года сменилось еще два правителя. А пять лет назад западная и восточная церкви окончательно рассорились. Папский легат кардинал Гумберт положил на главный алтарь Айя Софии декрет с анафемой.
Да и сам монастырь мало напоминал прежний. Здесь никто не знал о святом Филонее, о Событиях и о Свойстве. Монсей — своя рука владыка! — воссоздал эти традиции, в том числе и ночные бдения.
Шло время, а он никак не мог успокоиться. Ему казалось, что он тратит по мелочам Божий подарок. Тут есть еще какой-то прок… В чем он заключается, Монсей не знал, но решительно собирался это выяснить.
Снова 23 апреля, воскресенье
— Жертвами трагедии стали тридцать восемь человек. Из них тридцать погибли, остальные в тяжелом состоянии доставлены в больницу. На месте происшествия работает следственная группа и эксперты. По предварительным данным, причиной аварии стало внешнее воздействие на несущий элемент конструкции. Однако ни один из экспертов не приводит сценария событий, соответствующего характеру обрушения и показаниям очевидцев…
