— Очень приятно. Чем могу быть полезен?
— Виктор Сергеевич, вас рекомендовали нам как человека хорошо эрудированного и неординарно мыслящего. Не могли бы вы нам помочь разобраться в одном деле?
— Спасибо за доверие, но, чтобы знать, в чем я могу помочь, я должен знать, что это за вопрос. Потом, я сегодня уезжаю в командировку, и надо еще успеть взять открепление.
— Мы в курсе. Вам согласована двойная регистрация, в Брянске и Харькове. Удостоверение и билет вам занесут, на место мы подъедем на машине, здесь недалеко, обратно тоже отвезем на машине, к поезду собраться вы успеете. Со своей стороны, мы вам тоже могли бы помочь. Вы ведь собираетесь подавать на паспорт?
— В общем, да, просто некогда было.
— Ну вот, при наличии каких-то трудностей для вас в этом вопросе мы бы всегда смогли их решить. Дать за вас поручительство. Так что, если нет других возражений…
— Нет, возражений нет.
— Тогда не будем терять время.
Виктор оделся, Ковальчук пропустил его в дверь вперед («Вы все-таки старше»), и они прошли к выходу из корпуса. У крыльца, рядом с преподавательскими «опелем» и парой «фольксвагенов», стояли два «старта» с работающими моторами — серый и темно-синий. Они с Ковальчуком сели в серый. Внутри машина выглядела достаточно уютной; Виктору сразу бросились в глаза два телефона. Водитель вырулил по Ворошилова в сторону 3-го Интернационала; синий «старт» тронулся следом.
— Другие специалисты, — пояснил капитан Ковальчук. — Вы, собственно, хотели знать, в чем состоит дело?
— Да. Чтобы знать, чем могу помочь.
— Вы слышали о так называемых необъясненных наукой явлениях?
— В смысле?
— Наверное, читали об УФО, снежном человеке и прочем? Вокруг этих вещей, конечно, много лженаучных спекуляций, но дело не в этом. Время от времени поступают сообщения о событиях и явлениях, которые первоначально не находят объяснения с точки зрения современной науки. Часть из них впоследствии оказывается разными природными или искусственными явлениями, часть — регистрируется как явление пока невыясненного характера, но каждый такой случай проходит у нас штатную проверку на предмет отношения к безопасности государства. Например, может ли явление, описываемое очевидцем как УФО, оказаться разведывательным зондом, может ли это быть природным явлением, несущим какую-либо угрозу для государства, и так далее. Для проведения таких проверок мы привлекаем как штатных и внештатных экспертов, так и различных лиц, которые могут тем или иным образом помочь разобраться в вопросе, например взглянуть на наблюдаемое явление с новой, неожиданной стороны. В частности, вас нам порекомендовали именно как такого человека.
«Ничего себе, — подумал Виктор. — Это у них что-то вроде «X-Files», а Ковальчук, стало быть, наш советский агент Малдер. «Истина где-то рядом…» Хотя чего удивительного — по логике, что необычно — подозрительно, что подозрительно — проверять стоит.
Интересно, что же там они обнаружили? Летающая тарелка приземлилась под Брянском? На месте несостоявшейся партизанской стоянки нашли снежного человека? Или вообще что-то такое, чего ни в одном фантастическом романе нет?»
Машина тем временем съехала с 3-го Интернационала на Джугашвили и помчалась в сторону Литейной, обгоняя грузовики. Виктор успел заметить строящиеся крупноблочные и панельные дома; было похоже, что улица Джугашвили обещала стать усеченной версией Сталинского проспекта.
На Литейной они проскочили мало изменившиеся Холодильник и Стальзавод, остановились на несколько минут возле переезда, пропуская красно-желтую трехвагонную пассажирскую автомотрису со стороны Жуковки, и рванули дальше. На месте Нового городка поднималась малоэтажная застройка. Оно и хорошо: все-таки место болотистое и для жилья не совсем здоровое.
За поворотом на Камвольный оба «старта» завернули чуть влево, в сторону мелового карьера, что поначалу навело Виктора на тревожные мысли; впрочем, он тут же подумал, что именно в меловом карьере можно откопать попавший на Землю в неизвестные эпохи корабль пришельцев. У карьера машины опять свернули влево, проехали ныне пришедшую в запустение Антоновку и стали двигаться уже с меньшей скоростью к Ковшовке; справа и слева от дороги стоял густой лес. С дороги на Ковшовку машины свернули на накатанную дорогу в глубь леса и, сделав два поворота налево, остановились у высокого зеленого забора с воротами. У ворот висела вывеска:
