Возможно ли то, что она задумала? И как повлияет на малышку такая могучая сила? Она может поглотить ее, и тогда ребенок умрет, но и без благословения она больше не выдержит ни одного перехода. Придется рискнуть.
Она выбрала острый камень, закатала рукав и сделала надрез на внутренней стороне запястья. Когда кровь пролилась на камень, она положила на него руку. И тут же почувствовала узнавание и благодарность за жертву. И, конечно же, любовь. То была безжалостная любовь, несокрушимая, не знающая преград. Женщина раздумывала, не в силах справиться со страхом… Но она знала, что должна это сделать, что бы ни случилось потом.
— Мать, — прошептала она, — услышь меня и помоги защитить девочку, которую я Тебе принесла. Надели ее волей, чтобы она не умерла в этом ужасном месте.
Теперь надо делать все очень быстро. Она начала поспешно дергать завязки и расстегивать пуговицы неловкими, замерзшими пальцами. В груди у нее почти не осталось молока, но ребенок давно перестал плакать. Она вытащила малышку, от которой отвратительно воняло, потому что вот уже много дней ей не встречался подходящий мох. Неужели она ждала слишком долго? Девочка жалобно захныкала, когда на нее налетели порывы ледяного ветра. Во время первого посвящения нужно раздеться догола, но у нее не было времени; да и крошечное тельце вряд ли выдержит такой холод.
Она перевернула малышку и сделала надрез на внутренней поверхности крошечного бедра. На мгновение ей показалось, что в маленьком теле совсем не осталось крови, но тут две капли упали на камень.
— Мать, я прошу Тебя избрать и присвоить себе этого ребенка. Возьми ее живое тело или забери дух — как пожелаешь. Но я молю Тебя, подари ей жизнь, чтобы она могла служить Тебе в будущем.
Она прижала маленькую ручку к уже замерзшим крошечным каплям крови. Ребенок неожиданно завизжал, словно возмущаясь таким обращением. А потом снова, еще громче.
Вскрикнув от радости, женщина схватила малышку и засунула под плащ, к своей теплой груди. Ощущение было такое, будто прижимаешь к себе холодную рыбу, но крошечные губы тут же нашли сосок и принялись сосать. Женщина с удовлетворением вздохнула, почувствовав, как грудь начала наливаться молоком. Ласковое тепло окутало ее, потекло из ее тела к малышке. Даже любовь мужчины и удовольствие, которое ей дарил Ставан, не могло сравниться с наслаждением, охватившим ее, когда она кормила ребенка.
Потом она поплотнее запахнула плащ, прикрыв свою подопечную, которая уже согрелась.
