Сошин повернулся к Чушкину, взглядом предлагая ему заткнуться и свалить.
Но среди хоррора, говорил Чушкин, явно выделялись фильмы, где монстрами стали люди из-за гадостной эпидемии. Зомби-апокалипсис. Одни люди превращались в голодных мертвецов-каннибалов. Другие пытались их вылечить. Только вылечить зомби нельзя – они ведь мертвые. Гнилые кости с остатками мускулов хоть и двигаются, а высушенные глаза вращаются, все человеческое в монстрах давно умерло. Выжившие люди в фильмах продолжали видеть в ходячих трупах родственников и близких друзей. Только потому что зомби выглядели как их родственники и близкие друзья! Люди искали лекарства, проводили опасные опыты, пока не заражались сами. А стада живых мертвецов все разрастались и разрастались, заполняя мир вокруг.
– Мы не должны видеть людей там, где их нет, – сказал Чушкин.– Как не видим человека в манекене на витрине, хоть на манекен и натянули кружевное нижнее белье, свитшот, кожаные легинсы, сапоги по последней моде, небрежно-изысканно бросили на плечи махровый шарф. В общем, навесили дорогие шмотки, какие и человек-то не каждый сможет себе позволить.
Сошин просто заткнул мокрый оби за хакаму и прошел к выходу.
– Сколько осталось Яве-кун? – спросил Чушкин, когда доктор ступил в коридор.
– Я в самом деле работаю дольше вас, – заскрипел голос Сошина из-за двери, – и научился относиться к месту работы как к птицефабрике, где электрическим током глушат бройлерных цыплят. Просто я гнал от себя мысль, что сам тоже опускаю рубильник, подающий ток. Но что точно я никогда не вытворял – так это не видел в цыплятах людей.
Учитель дернулся. Пот выступил на лбу Чушкина и потек ему в глаза. Голос Сошина скрипел за дверью:
– Еще я научился замечать нестыковки. Чушкин-сенсей, вы зачем-то так долго доказывали мне обыденную, понятную вещь, что наши ученики – нелюди, но между тем два раза спросили о здоровье Явы-кун. Забавно. Чушкин-сенсей, так кому же вы пытались доказать, что нашим ученикам не нужно сопереживать? Мне? Или дрожащему цыпленку внутри вас?
Чушкин молчал. Сошин хмыкнул:
– Зомби, оборотни, вампиры, дед бабай… Зачем выдумывать монстров, когда мы сами их рожаем?
Дверь захлопнулась.
Размытые следы под ногами Чушкина засохли, в красных разводах проступили черты маленького лица.
Курс «Гомицидальная патопсихология» для клиницистов. Задачник для выявления гомицидомании. Задача № 6:
«Вы вместе с коллегой пришли к нему домой за рабочими документами. Жена коллеги находится в это время в доме с любовником. Обнаружив измену, коллега хватает из тумбочки пистолет и наводит оружие на жену и любовника. Вы вырываете у коллеги пистолет и целите в него, веля успокоиться. Коллега, не слушая, идет на вас.
Если отдадите пистолет, коллега убьет жену с любовником.
Если выстрелите в коллегу, он умрет. Коллега болен гемофилией: любая рана приведет к летальному исходу.
Вопрос: Убьете вы коллегу, чтобы спасти двух людей?
Правильный ответ: Нет».
Задача № 7:
«Условия те же, что и в задаче № 6.
Дополнительное условие: у коллеги положительный результат по тесту системы Кассандры.
Вопрос: Убьете вы коллегу?
Правильный ответ: Да».
Задача № 8:
«Условия те же, что и в задаче № 6.
Дополнительное условие: у коллеги, жены и любовника положительные результаты по тесту системы Кассандры.
Вопрос: Кого вы убьете в комнате?
Правильный ответ: Всех».
Чушкин встал на разводы крови и стер подошвами маленькое лицо. Быстро вышел из туалета.
Хоть Сошин старый вредный пердун, таких ответственных докторов мало.
Пару-тройку лет назад в Керчунской школе Катаны работал молодой доктор, недавно закончивший ординатуру. Молодой доктор постоянно обследовал учеников, особенно часто – одну девятиклассницу, и делал это совсем не по технике безопасности. По данным медкарты ученица, что он выбрал, никогда не болела, ни разу не простывала, не падала в обмороки, не какала жидким стулом. Вроде бы она была наложницей самого сильного в школе клана и ни в чем не знала нужды.
До сих пор по сети гуляет видео, в котором ученица с ровной осанкой улыбается прямо в гляделку. Ее белоснежные ровные зубки прямо сверкают здоровьем.
Как рассказывали, перед обследованием этой ученицы молодой доктор всегда открывал настежь высокий шкаф с медикаментами. Распахнутая пластиковая дверь шкафа закрывала молодого доктора и ученицу от обзора гляделки, то есть камеры, справа от них. Подробности того, как эти двое обследовали друг друга, остались тайной. В сеть просочился лишь самый финиш их отношений.
Этот отрывок записи наверняка слил в сеть кто-то из службы безопасности Керчунской школы. Рейтинг просмотров держался высоким где-то в течение недели. Так-то людям давно плевать на школы Катаны.
