Слово «Христос» происходит от греческого «христос», обозначающего попросту — «смазанный». Помазание производилось жиром крокодила, менструальной кровью и бог-знает-еще-чем-таким. Это определение («помазанник») применялось по отношению к каждому Израильскому царю или священнику и могло относиться вообще к любому, кто был смазан (помазан). Вавилонский Таммуз назывался Христосом или Святым царем и те же или подобные определения прилагались ко многим «до-Христианским» образам «Иисуса». Имя «Иисус» тоже является греческим переводом, и если бы он существовал на самом деле — его именем уж точно не было бы «Иисус».
Девственница-Мать Бога Солнца является древней темой по всему миру. К этому может иметь отношение миф о том, что Солнце «родилось» в новом или «девственном» месяце и что в определенное время созвездие Девы «всходит» одновременно с Солнцем. Вполне вероятно также, что искусственное оплодотворение женщин «богами» могло быть древним происхождением этой идеи. Многие «герои» подобно Мерови и Александра Великого считались результатом оплодотворения их матерей нечеловеческим существом, а не взамоотношений со своими мужьями. Альберт Пайк, дурной славы оперативник Иллуминати в США, написал в своей книге «Мораль и Догма Шотландского Фримасонства» об египетском мифе, давшем начало теме Христианства:
«Во время зимнего солнцестояния Дева поднялась, имея Солнце (символизированное в виде Гора) в чреве своем. Созвездием Девы была Исис (Мать-Дева Гора) и ее воплощение, держащая ребенка (Гора) в своих руках, выставленное в ее храме вместе с такой надписью: «Я есть Все, что Было, Есть и Будет, и плод, принесенный мною есть Солнце».[410]
Писатель Джеральд Мэсси сообщает, что на стенах Святая Святых в Храме Люксора в Египте изображены сцены, являющиеся зеркальным отражением намного более поздней истории «Иисуса». Бог Тат, известитель богов, изображен приветствующим Деву и говорящим ей, что она скоро родит сына. Другая сцена изображает бога Кнепта, оплодотворяющего деву Святым Духом в половом акте. Далее, ребенок виден уже возведенным на престол и принимающим дары от трех духов (три мудреца в Христианстве) и ему поклоняются как воплощению бога Солнца. Даже история о Иисусе, рожденном в яслях, происходит из Древнего Египта, по Мэсси:
«местом рождения великого Мессии во время весеннего равноденствия было обозначено как Апт, или Апта — угол. Но Апта является еще и названием для колыбели и ясель. Отсюда о ребенке, рожденном в Апта говорится как о рожденном в яслях, и эти Апта, ясли или колыбель есть иероглифический знак Солнечной системы».[411]
Яркая звезда отметила место рождения Иисуса, сказано в Библии. То же говорилось в Египте о Сириусе, самой ярчайшей, видимой нами с Земли звезде. Египтяне говорили, что восхождение трех звезд пояса Ориона (трех царей, трех мудрецов или «Маги»?) отмечали прибытие Сотиса или Сириуса, звезды Озириса и Гора. Дальнейший символизм «трех мудрецов» состоит в том, что «Маги» были поклонниками Солнца. Золото, ладан и мирра были традиционными подарками арабских «Маги Солнцу, и вот почему даны они были Митре в этой версии мифа.[412] Рождение Иисуса в хлеву или пещере, повторяемое во всех историях солнечного мифа, воспроизводит собой то «темное место», куда считалось, уходило Солнце в промежуток между зимним солнцестоянием и полднем 24 Декабря. Отсюда мы имеем три дня в пещере после «распятия» Иисуса (Солнца) и его воскрешение или возрождение 25-го Декабря. Пещера может иметь также и другой символизм, потому что история Иисуса может читаться на разных эзотерических уровнях — по-разному.
Это еще одна общая тема для богов Солнца. Писатель и исследователь Альберт Чарчуорд говорит, что египтяне считали, что семени нужно примерно 40 дней для того, чтобы его росток пробился сквозь землю. Это было периодом поста и лишений, говорит он, и Иисус тоже был изображен постящимся в глуши, где Сатана дразнил его превращением камней в хлеб. Сражения света и тьмы, и когда Иисус победил тьму — этим символизируется тот момент в цикле Солнца, когда день начинает прибавляться за счет укорачивания ночи. Те 40 лет, что «израильтяне» предполагалось, провели в пустыне — подобны тому же символизму «зерна», переработанного в «исторический» текст.[413]
