Обычно в даккарских лагерях полно ничейных женщин. Мужчины возвращаются из походов, и им нужно расслабляться. На Острове богов этого не требовалось. В Кострах было просто море амазонок, всегда желающих потрахаться. А недалеко от школы находилась деревушка, через которую проходил крупный тракт, и мастера всегда имели возможность завалиться в местный трактир выпить и подцепить какую-нибудь проезжающую амазонку или неолетанку. В женщинах других кровей просто не было необходимости. И я был единственным дураком, который умудрился пообещать не спать ни с амазонками, ни с неолетанками. Хотя нет, к неолетанкам я бы и без обещания не полез. После того, что я узнал об Ар... Это Марика такая честная, что чужими мозгами крутит только в открытую, и только когда злая. Любая другая давно бы заточила моё сознание под нужный угол.
Мы с Раверстоном подпирали стену в приёмной Генерал-капитана. Старик задерживался. А дежурного генерала игнорировал Раверстон. Я не спорил. То, что мой командир просто идеально лавирует между огнями даккарского командования, я уже понял. В моём довольно сомнительном положении это было просто спасательным кругом.
В коридоре показался Тибиран. Раверстон мгновенно вытянулся и заулыбался.
- Раверстон? Ну, ты решил проблему?
- Конечно, - Командор кивнул.
- Ну заходи, расскажешь.
Мы вошли в кабинет вслед за стариком, остальным посетителям главы спецслужб пока было приказано ждать.
- Ну, в чём там была проблема?
- В Морене. Блокирование договора на порталы, проблемы наших портов в секторе 13-22, обрезанные поставки на дальние базы, контроль кораблей и непосредственно выходка с демонстрацией мозголомки на наших парнях прямой приказ Морены.
Я молча сжал зубы. Из-за меня не только договоры на порталы стояли, проблем было намного больше. Просто Раверстон не посчитал нужным меня в них посвящать.
Тибиран нахмурился:
- Она же была нашим союзником.
- Да. Но Морена досталась нам бесплатно. А бесплатные союзники, как всегда, самые хлопотные. Морена лояльна к Даккару, пока её трахает кто-то из наших парней.
Старик усмехнулся:
- Ты подогнал ей нового парня?
- Да. На Селену отправили Архартера. Пока Морену устраивает его общество, мы можем снова безлимитно пользоваться её благосклонностью.
Старик рассмеялся:
- Я смотрю, её притягивают ученики Отардана? Ладно. Молодец. Но впредь возьми на контроль, чтобы кровать нашего лучшего союзника не пустовала. В конце концов, дружба с Мореной приносит нам много и очень много. И парней у Отардана достаточно. Даю тебе все полномочия для этого.
Мы вышли из кабинета генерал-капитана. У Раверстона, как всегда, было лицо человека, заваленного рутиной. Он всегда так выглядел: и когда получал нагоняй от командования, и когда, как сегодня, получал личное одобрение, главы спецслужб всего братства.
А вот я, честно говоря, чувствовал себя гадко. Пауки вообще народ не щепетильный. И я не первый раз ловил себя на том, что рассуждения Тибирана, как и Раверстона, порой кажутся мне нечестными. Но сегодня... Приказать подсовывать Марике своих парней, чтобы ей было, с кем спать?! Как бордельных рабов, любовников в ассортименте?! Воспринимать Марику, как помешанную на сексе бабёнку?! Дурочку, которой всё равно, кого трахать?!
Конечно, обо всех этих своих эмоциях я молчал. Это был стиль работы Раверстона и, что важно, стиль работы Тибирана, генерал-капитана моего братства. И не в моих обстоятельствах судить об их правоте и честности. Но... Просто гадко!
В конторе меня уже ждала ежедневная подборка прессы. Эта обязанность, читать и анализировать неолетанскую прессу, закрепилась за мной теперь на постоянно. Никто, кроме меня, не понимал язык намёков и недоговорок, который так любили неолетанки.
Главной новостью сегодняшних газет было объявление Марики о решении взять второго мужа:
"Я глубоко осознала, что роль старшего мужа в семье ами тяжелая обязанность, к тому же требующая недюжих талантов. Логично, что для мужчины, воспитанного в традициях, отличных от Арнелет, эта ноша практически неподъёмна. Поэтому я приняла решение взять второго мужа, отдав ему роль старшего. Я пока не могу назвать имени, так как не определилась до конца. Могу сказать одно, это будет взрослый мужчина, уроженец Арнелет."
Обойти моё имя при таком благоприятном поводе журналисты, конечно, тоже не смогли:
"Ами Армариакка, как вы объясните столь длительное отсутствие си Роджера?"
"Даккарцы имеют свои религиозные традиции. Уничтожение планеты было большой потерей для них. Роджер покинул мой дом и присоединился к своим братьям для несения траура. Честно говоря, я не знаю подробностей этого обычая. Но не сомневаюсь, что нам стоит проявить к нему уважение"
Вот как? У меня траур? Ну, надо отдать Марике должное, я уже устал отбиваться от журналистов, а её отговорка была очень изысканна. У меня траур! И по такому воину, как сам Даккар, вполне можно нести траур лет 20. За это время про меня забудут точно!
