Она снова возникла передо мной и чем-то ткнула мне в грудь. От неожиданности я аж забыл, как дышать. Юбля! Она что, раскалённой головешкой меня подписать решила.
- Юбля! Морена! Мать твою!
Морена усмехнулась и заткнула мне рот поцелуем.
- Свадебные украшения у наших предков тоже существовали, но такие, которые трудно снять.
Она развернула в руках, демонстрируя публике две каких-то женских побрякушки с красными камушками. Она собирается надеть это на меня?! Ага, ещё колокольчик привяжи!
Морена аккуратно застегнула побрякушки на моих запястьях и отвязала мне руки.
- Кстати, символику цветов этих украшений мы сохранили в современных медальонах и кольцах. Зелёный - брак по расчёту, дорога власти. Синий - знак старшего мужа, почтение. Красный - символ огненной любви. Выбранные мной камушки говорят о сумасшедшей страсти, о том, что я желаю обладать этим мужчиной до неразумности и, кажется, сверну шею любому, кто попробует у меня его отобрать. Мамины гены, наверное, говорят.
Она, ухмыляясь, оглядела зал.
Марика:
Когда мы прибыли в Костры у суда был перерыв. Арсе, радостная, выскочила мне навстречу.
- Наконец-то! Я уже начала бояться, что кто-нибудь сообразит, что мы сидим в мозгах обвинителя и защитника. А они нэрми! Правда ведь, ты придумала изящный выход?
- Придумала! Сейчас Нандрель всех посвятит в их роли.
Вообще сказать, что я нашла изящный выход спасения чертёнка, было бы не совсем верным. У меня был план действий. Как всегда: наполовину враньё, наполовину блеф. Зрелищное начало, а там по ситуации.
К сожалению, единственную фразу из нужных мне, которую я нашла в признанном нэрми писании, была о том, что женатый мужчина и его хозяйка не могут нести ответственность за поступки, совершенные им до свадьбы. Эту ответственность должна нести мать или прошлая хозяйка мужчины. Всё остальное из моего спектакля было фантазией на тему. Не то, чтобы я всё придумала. Часть когда-то мне рассказывала Морок. Часть была из малоизвестных книг и статей, которые я когда-то читала. Часть мои собственные дополнения. Между тем, зрелище ожидало получиться яркое.
Как и планировалось, я вошла в зал через секунду после объявления приговора. Моя временная армия захватила зал. Плюс пара Хинти незаметно прижали волю группе даккарцев, чтобы те молчали.
- Здравствуйте, дорогие! У спектакля будет ещё один акт!
Ставка была на то, что расстреливать Роджера, по сути, никому не выгодно. За дверями толпы девочек-нэрми и молоденьких неолетанок, требующих сохранить мальчику жизнь. А лучше, отдать его им. За это недолгое время Роджер стал любимцем и имел много фанаток, причём не только в Кострах и не только на Острове богов. Не у каждого актёра или порнозвезды такая армия поклонниц.
В то же время сделать чертёнку поблажку Ника тоже не могла, потому что пыталась защитить весь Даккар.
Я собиралась предложить в их глазах альтернативное наказание. Ритнеру, скорее всего, не понравится. А вот Ника должна оценить. Девочки останутся довольны - их любимый мальчик жив. И в тоже время вроде как сурово наказан. То, что брак со мной, а я собиралась сегодня изобразить именно это, является для Роджера наказанием, нужно было выделить отдельно.
- Вякнешь ещё хоть слово, заклею рот пластырем!
Кроме того, помогать мне и таскать чертёнка по сцене я выбрала Аурелию. Во-первых, он её боится так, что это читается на его лице невооружённым глазом. Во-вторых, юное дарование за это время всё-таки успела сдать испытания на мастера и сегодня носила в волосах два маленьких тонких кинжала, парадный символ Суани. Учитывая, что остальную мою свиту составляли зелёные платья Хинти и чёрные мантии Дотси, те, кто разбирался, могли просто вжиматься в стенки от страха. Самые опасные школы Ар в комплекте!
Я зрелищно разрисовала чертёнка иероглифами повиновения густым настоем розовой туманки, и отпечатала на груди Миту.
- Юбля! Морена! Мать твою!
Потом защёлкнула на запястьях браслеты.
- Кстати, символику цветов этих украшений мы сохранили в современных медальонах и кольцах. Зелёный - брак по расчёту, дорога власти. Синий - знак старшего мужа, почтение. Красный - символ огненной любви. Выбранные мной камушки говорят о сумасшедшей страсти, о том, что я желаю обладать этим мужчиной до неразумности и, кажется, сверну шею любому, кто попробует его у меня отобрать. Мамины гены, наверное, говорят!
Фраза рассчитывалась на Стрелу, нахмуренно застывшую в углу зала. Чтобы даже не думала в это соваться! Воевать лично со мной в открытую она никогда не решалась. А ещё это была фраза для Ники, ну должно же быть в ней что-нибудь от неолетанки и матери, ну не станет же она забирать первого и единственного за 50 лет мужчину, которого я пожелала в мужья. И пожелала не из расчёта, а просто потому, что люблю! Ну хотя бы для того, чтобы её Алина дома не убила.
