Солёные палочки с шорохом выезжают из упаковки, а картинка из телевизора, и Карин вздрагивает: неужто у неё слуховые галлюцинации? Шорох целлофана, вылезающие палочки, чудовищный диктор, который привёл свою коллегу, потому что одному страшно при таких новостях; звук такой, будто перегоняют лес по реке, стволы с грохотом бьются друг о друга, толкаются, давятся, лишь бы поскорее попасть в мейнстрим и получить зелёный свет. Потом они снесут всё на своём водном пути. Всё это слишком громко и слишком внезапно врывается в слух Карин, который она немедленно укутала, как алтарь, великопостным покрывалом рук. Мать бросает в соседний столик вопросы, на которые немедленно ответит диктор новостей. Со светлостью её дочери сегодня не поговоришь. Она пугается даже собственной тарелки, поскольку на ней действительно чёрные пятна, да-да, это поджаренные грибы и подгорелые овощи. Люди едят и едят, они так же рассеянно хапают такие утешительные объяснения, как обнимают своего партнёра. Они не чувствуют, что внутри он ледяной и никакие ласки не в состоянии его воспламенить. Ткк, эту тарелку, должно быть, надо просто обтереть, мать усердно над этим работает, только что не надела для этого спецодежду. Она энергично придавливает хлеб вилами к пастбищу. Телевизор открывает свой заговорщицки подмигивающий циклопический глаз на реалити-шоу. Мёртвые африканцы отбрасывают свои копыта, мёртвые австрийцы бьются о направляющие бортики на дороге. Взрывается поток света, дыхание учащается. Все головы поворачиваются к этой глыбе информации, которая брошена в огород каждого зрителя, хрясь! — они опоздали попасть в него. Где тут зубочистки? Тихие огороды, высокие заборы, спи-спи в снегу, свора собак уже в пути, так много было попыток отучить их от человечины, но уж больно она им по вкусу. Они ведь из-за частого потребления добрались до воронки, через которую постоянно протекает добавка, всё новая и новая пища. Любителям поесть подешевле приходится долго идти, чтобы иметь возможность предъявить свои потребительские свидетельства, на которых со вздохом подтверждается кончина целого животного или растительного мира, так, зато нам теперь есть что впитать, откройте рот, закройте глаза.
