Приземлилась я на что-то мягкое. Но, вопреки этому, встать и идти все равно не перешло из разряда невыполнимого в посильное. Все, что смогла сделать — это сесть, с удивлением ощущая под своими ладонями влажный шершавый асфальт. И где же то мягкое, что смягчило мое приземление?
А потом силуэт приближающегося ко мне дегана, обрисованный очередной вспышкой. Попыталась отползти, но через звон в ушах и вой ветра услышала знакомое:
— Анна.
(Дмитрий…)
Монстр подошел и встал рядом, зацепившись за гриву дрожащими пальцами, поднялась и прошептала:
— Ты убил его?
— Дах.
Это короткое слово произвело неожиданный эффект, я толкнула дегана в плечо и прошипела:
— Я должна была убить его! Это ясно? Я, не ты.
— Я понфял. Но ужхе нифчхего нхе испрафить. Следуюфщий тфой. — пообещал монстр, и его желтые глаза вспыхнули в темноте, как два тлеющих угля.
— Ты не понимаешь… — я отошла, пытаясь справиться со своими чувствами, самое сильное из них — горечь от невозможности исполнить самое мое великое желание выжигала рассудок, лишая понимания. Чтобы не сорваться на друга, зашагала прочь, пытаясь найти то место, где бросила сумку. И мой меч, где он теперь?
Через пару минут безрезультатного брожения среди автомобилей, ко мне подошел деган и ткнулся головой в грудь, принес мою сумку.
— Спасибо, — сквозь зубы.
— Пфойдемх спфать? — спросил, дырявя меня желтым пристальным взглядом.
Отвернулась и так удачно. В этот момент небо разрезала молния, и я увидела свой меч, валявшийся чуть в стороне на асфальте. Перемазанный кровью. И только. Все, что я смогла сделать — дырка в его боку. Боже, это сведет меня с ума.
Подняла меч и вытерла о край куртки.
(И что теперь мне делать с этой моей ненавистью? Что?)
— Сфадхись, — голос Дмитрия вырвал меня из оцепенения.
Забралась на спину дегана. Вцепилась в гриву. Все понимаю, друг не виноват, но…
Уткнулась лицом в гриву, в который уже раз почувствовав слабый приятный запах, исходящий от зверя. Но аромат был настолько неуловимым, что стоило лишь попытаться принюхаться, и он сразу же терялся, растворялся в посторонних запахах, которые без особых усилий заглушали его. Сейчас все перебил густой и приторный просто до тошноты запах крови. Ее было слишком много — моя кровь, кровь тритоса и та, что была на дегане. Запах был удушливым, казалось, воздух вокруг пропитался этой кровью, словно кровоточила сама тьма, окружающая нас.
Я сплюнула густую слюну, ощущая во рту привкус железа. Снова сверкнула молния, породив оглушающий раскат грома. Треск был такой, будто само небо не выдержало и лопнуло. И пошел дождь, который мгновенно перерос в ливень. Струи прохладной воды стекали по коже, насквозь промочив одежду. Вода смыла кровь и это немного успокоило. Но все же понимание необратимости случившегося ноющей занозой засело в сердце. Я никогда не смогу убить его. Тритос уже мертв (Ну, и плевать. Да? Нет?)
Дмитрий тоже промок насквозь и теперь пах псиной. Обычный такой запах.
Мы не разговаривали. Деган сам выбрал одну из рядом стоящих многоэтажек и, миновав двери в подъезд, побежал вверх по лестнице.
Закончив подъем, деган принюхался и уверенно пошел направо. Из нас двоих в этой кромешной темноте что-то видел только он. Скрипнула открываемая дверь, и через несколько мгновений друг наконец остановился.
— Прихшпи. — оповестил деган, а я перекинула ногу и, соскользнув со спины зверя, приземлилась на пол.
Вспышка молнии осветила просторную комнату с абсолютно целыми стенами. А это в наше время редкость. Здесь даже потолок не протекал.
Вернулась к двери и захлопнула. Нащупав руками защелку, закрыла и за очень долгое время впервые испытала некое подобие облегчения.
Но я промокла насквозь. Тело болело, словно на меня падала бетонная стена, причем ни один раз, а я каким-то дивным образом все же осталась жива.
На ощупь, опираясь на стену, вернулась в спальню, по пути споткнувшись о порог, отделяющий ее от небольшого коридора. Сбросила тяжелую сумку на пол, аккуратно вдоль плинтуса положила меч и уселась рядом.
(Нужно снять куртку, повесить ее хоть на что-нибудь, может высохнет.)
Опять встала подняла меч. С большим трудом стянула с себя мокрую прилипшую к коже куртку. Встряхнула ее и повесила на рукоять меча, который поставила, прислонив к стене. С чувством выполненного долга опустилась обратно на пол и, вытянув ноги, закрыла глаза. И тут меня окатило фонтаном холодных брызг.
Вынырнув из накатывающей дремы, прошипела:
— Епт… Дмитрий! Какого ты творишь?!
— Пфростхи, нхе подфумхал. — извинился деган, моментально прекратив стряхивать с себя дождевую воду.
Дрожащей ладонью стерла со своего лица прохладные капли. На большее меня не хватило. Даже таблетки принимать не стала. Настолько вымоталась. Я не чувствовала боли или мне просто было все равно. Проваливаясь в сон, ощутила тепло, накрывшее мое усталое тело. Что-то промямлила, но уже скорее в ответ на сон, который не заставил себя долго ждать и вновь вынудил меня убегать от голодного вопящего монстра, по кругу, снова и снова… И даже в этом сне меня не оставляла надежда отыскать живого тритоса и убить его
