— Тут долго думать не надо, — хмыкнул Шнюпа. — Смотри, командир: к северу отсюда непролазные джунгли, так? К югу они почему-то предпочитают не отклоняться. А с востока мы. Им остаётся одно: двигаться потихоньку на запад, к горам. Но там сейчас два батальона Шестой пехотной. Каким-то образом они узнают, если оказываются слишком близко к нашим. Значит, ещё два-три дня они будут пробираться к предгорьям, потом либо свернут в джунгли, либо всё-таки попробуют податься на юг. Но туда чем дальше, тем больше болот; леса редеют. Так что нам имеет смысл взять севернее: отрежем им наиболее вероятные пути и, если повезёт, прижмём к болотам.
Вадуц подумал немного.
— А они не могут попытаться уйти в горы?
Шнюпа вскинул на него выцветшие голубенькие глазки.
— Там проходимых перевалов — раз-два, и обчёлся. И все они заняты нашими. Их командир кто угодно, но не дурак. Без карты, без проводника… Не-ет, сынок, не полезут они туда! Никакого резона.
— Ну а если всё-таки полезут? — Вадуц прищурился. — В порядке предположения.
— Тогда прижмём где-нибудь к склонам и того…
Как бы они нас не того-этого, подумал Вадуц. Это явно не простая шайка мародёров, и командиры у них не простые. Не удивлюсь, если там имеется некромант, сохранивший ещё кое-какую силу. Хотя — почему «если»? Наверняка имеется, иначе как объяснить это сверхъестественное везение? Две, нет — три превосходно организованные ловушки, и ни в одну они не сунулись! А та жуткая клякса на стене сарая — всё, что осталось от местного шерифа… Плио погладил верную стоеросовую дубинку и принялся полировать кусочком замши короткие толстые сучки. Эта дубинка досталась ему от прадеда — с течением времени розовая древесина потемнела и приобрела благородный коричневатый оттенок.
— На палочках-убивалочках нам вряд ли доведётся переведаться, — хмыкнул Шнюпа. — Разве что в самом конце…
— Хорошо, иди пока, отдыхай. Через полчаса выступаем. Скажи там, чтобы задали корма коням.
Старик прав, конечно… Сейчас всё решают медиаторы. Страшная штука… Три-четыре минуты боя — и всё будет кончено. Но командование настояло, чтобы каждый шериф был вооружён и обычной стоеросиной тоже. Не так уж и глупо, конечно, — кроме того, многие из них, прошедшие всю войну, уже не мыслили себя без привычной успокаивающей тяжести. Северяне, те использовали боевые молоты из чёрного роммеля — оружие более мощное, но и более тяжёлое.
— Командир! — раздалось вдруг сзади.
Вадуц едва не подскочил от неожиданности. Шериф Пао Шеперрор — самый молодой из шерифов (и самый странный, всегда добавлял про себя Плио) — имел привычку ходить совершенно бесшумно и появляться поблизости в самый неожиданный момент.
— Что у тебя за манера такая — со спины подкрадываться! Поджарят вот ненароком — будешь знать. Время сейчас военное, а народ у нас нервный собрался… Сынок.
— Не поджарят, — спокойно ответил Шеперрор. — Мы их нагоняем, командир.
— Это я и так знаю. Вычислить нетрудно — если ушли они отсюда вчера утром и двинулись к горам.
— А то, что они сейчас не далее чем в десяти милях от нас, вы знаете?
— Что?! — Вадуц резко обернулся. — Это точно?!
Пао пожал плечами. Шпак, раздражённо подумал Вадуц. В армии парень явно не служил. Там бы его быстро отучили от этих штучек. И как это, интересно, он попал в шерифы?
— Я, кажется, задал вам вопрос, господин Шеперрор.
— Да, командир. Там ещё несколько островерхих холмов есть…
— Это ж Забытые Сопки! — фыркнул Шнюпа. — Только там самые буераки кругом, туда они вряд ли сунутся — места, конечно, укромные, но быстро передвигаться невозможно. Плюс ещё декапитарии… Туда даже охотники не ходят.
Вадуц уже шагал к коновязи; широкие полы плаща развевались в воздухе.
— Сворачивайте лагерь, мы выступаем! Седлайте коней!
Мюдсо Шнюпа недоуменно посмотрел на командира. Люди с ворчанием заливали костры, поправляли сбрую. Пао Шеперрор снял с пояса свою шерифскую звезду и аккуратно прикрепил на грудь.
Облака закрыли всё небо; где-то вдалеке полыхнула призрачным светом первая молния. Заворочался, зарокотал глухо гром. Страшная будет ночка, подумал Вадуц, забираясь в седло.
— Ничего не понимаю. — Марамбита Долборождь раздражённо пожала плечами и отставила помятую оловянную кружку в сторону.
Команданте Карары выжидающе глядел на неё.
— Пять минут назад всё было чисто. Но когда я, на всякий случай, решила ещё раз погадать, проявилось некое присутствие. Надо отдохнуть немного и повторить снова. Был бы кофе — я бы сказала сразу.
— Какова плотность присутствия, комиссар?
— Небольшая — полтора человека на квадратную милю. Может быть, просто какие-нибудь охотники-куки. Или вообще — случайные аберрации. Всё-таки на чайной гуще гадаем… Да и чаёк тот ещё…
