– Возможно, это светлые грезы. И все равно это грезы. Таких союзов не приемлет сама природа. У него на глазах будут стареть и умирать жена, дети и дети детей. Пускай сейчас возделанный им сад прекрасен, но он увидит его увядание. И это если прежде не увидит, как его выжигают пришельцы.
Его слова отозвались во мне неожиданной болью. Я прижала пальцы к стеклу, вглядываясь в город внизу.
– Разве создание чего-то стоящего не важнее страха увидеть его гибель?
– Думаю, важнее.
Все мы круто обернулись на голос от дверей. Там стояла Аталена, на ее пальцах горел одинокий огонек. Повелительница, поняла я.
Она метнула взгляд на Ишку:
– Ты должен почитать себя счастливцем, что у твоей жены сердце добрее твоего.
Ишка только голову склонил:
– Я говорил необдуманно и жестоко. Прости, я лишь…
– Ты говорил правду – как она тебе видится. Не стану отрицать, что такой она видится и многим другим. – Она взглянула на меня, на Кадуана. – Но я рада, что не все гости считают мою семью ошибкой природы.
– Я… – начал было Ишка.
– Не нужно извиняться. – Королева махнула рукой.
Она повернулась к Кадуану, шагнула ближе, всматриваясь в его лицо:
– Ты сделал предложение. Это так?
– Так, – кивнул Кадуан.
– За то, что я тебе расскажу, мне нужна уверенность, что мой дом, когда за ним явятся люди, будет под защитой.
– Если ты расскажешь то, что нам нужно знать, – сказала я, – люди ни за кем больше не явятся.
Она поморщилась:
– Будем надеяться.
Пройдя к столу посреди комнаты, она опустилась на колени и, достав из кармана пергамент, развернула. Лист накрыл собой весь стол. На нем была карта – очень старая, чернила выцвели. У верхнего края я распознала земли фейри: Дом Кораблика, Дом Тростника, Дом Бурных Волн. Еще дальше к северу линии становились неопределенными и прочерчены были слабо, будто картограф знал: что-то там есть, но не слишком представлял что. Посередине карты располагался остров Нирая. А дальше к югу лежали человеческие земли, границы стран, о которых я слишком мало знала.
– Вот, – заговорила она, – причина того, что происходит. Человеческие народы погрязли в войне. До меня дошли лишь отголоски, но, судя по рассказам, такого кровопролития там не видели много лет. – Она обвела рукой несколько человеческих государств на юге. – Участвуют в ней все эти страны. Три больших государства напали на соседей, пытаются их завоевать. Часть этих королевств уже пала. Видите ли, одни общества продвинулись в применении магии дальше других.
– Люди, вернув себе магию, сместили равновесие, – пробормотал Ашраи.
– Да, резко сместили. – Аталена кивнула. – И раньше некоторые из этих стран были в руках сильнейших, уступая им в военной силе и богатстве. А теперь? Власть быстро переходит из рук в руки. Многие лишились родины. У них остались лишь две надежды. Одна – найти себе новый дом, недоступный завоевателям. Вторая – сделать себя сильнее врага и отвоевать прежний.
Сделать себя сильнее. Именно это заподозрил Кадуан, изучив тело измененной фейри из Дома Тростника.
– Откуда ты это знаешь? – спросила Сиобан.
– Что-то знаю от наших, еще скрывающихся в человеческих королевствах. Что-то от проходивших торговцев. А еще кое-что… – Она помолчала, а потом заговорила новым, более натянутым голосом: – Месяца четыре назад у нас побывали гости. Люди, лишившиеся дома и искавшие у нас убежища. Прежде нам не случалось принимать в своих стенах столько людей, но ни у кого не хватило духу им отказать. Они провели здесь две недели, прежде чем я поняла: у них есть и тайная цель.
Аталена сглотнула, уставившись в пустоту, а потом она откашлялась и указала на карту:
– Они пытались выкрасть ее у нас.
Я рассматривала карту. Каждый народ на ней был обозначен своим символом. И я увидела, как много значков отмечают тех, кто подвергся удару. Дом Камня, Дом Тростника. И даже Итару.
– Что они означают? – Я указала на пометки рядом с каждым из этих народов.
– Даже мой муж на несколько сотен лет моложе тех, кто помнил назначение этой карты. – Она наморщила лоб. – Но легенды говорят, что эти метки обозначают скрытые залежи магии – особые места, где она сильнее всего. Или, может быть, где спрятаны магические изделия. Разное говорят. – Она покачала головой. – Признаться, я подозреваю, что вымысла в легендах больше, чем правды. Но не думаю, чтобы это что-то меняло. Суть в том, что люди дошли до отчаяния и они в это верят. Им и малейшего шанса довольно, чтобы толкнуть на…
– Уничтожение целых народов? – тихо подсказал Кадуан.
И Аталена умолкла, замолчала так, что я долгую минуту думала – не ответит.
– На чудовищные злодеяния, – наконец прошептала она. – Воистину чудовищные. Те люди, которых мы приняли как гостей… – Голос ее прервался. – Они убили мое дитя. Я услышала крики, вбежала в комнату дочери и увидела – они прижимают ее к полу. Кровь…
Она задохнулась, словно подавилась словами. И не поднимала взгляда от стола.
– Кровь была повсюду. Они вскрыли ей жилы на запястьях. Там было двое из повелителей – вальтайн и соларий, они наводили какое-то заклятие, что-то, что должно было связать ее, превратить мою милую дочурку во что-то…
