– С завтрашнего дня идти придется медленнее. И строго под барьером теней.
Мы не спорили. Темным эльфам было виднее, как вести войну со своими лесными собратьями.
По крайней мере, эту ночь я спал спокойнее. Или сказался недосып предыдущей – я так и не понял. В караул меня никто так и не разбудил. Оказалось, Лимирей взяла себе в напарники Телириена, и почти всю ночь они о беседовали обо всем и ни о чем. Я даже почувствовал укол ревности. Почему со мной она разговаривает на подобные темы крайне редко?
Однако на месте их дозора меня ожидал сюрприз – там Лимирей забыла свои записи, и я без зазрения совести забрал их себе. Потом почитаю, что она отвечала дракону.
Третью ночь мы двигались на редкость медленно. И хотя эльфы в вопросах магии тоже действовали сообща, мы не дошли даже до границы области, откуда начинались болота. Или дошли?.. Я ведь был в замке всего дважды и пешим ходом приходил к нему вообще с другой стороны.
– По-моему, лес раньше здесь был гуще, – тихо произнесла Аннабель.
Лимирей стояла с ней рядом и оглядывалась по сторонам. Выглядела при этом бледнее мертвеца. Если бы не угроза следящих чар от лесных эльфов, Лим наверняка бы бросилась уже в направлении к замку.
– Так… полагаю, искать ваших лесных друзей надо начинать где-то в этой полосе, – обратилась Линнея к Анвину.
– Лимирей, что случилось? – спросила Магдалена, взглянув на внучку.
Лим торопливо вытащила лист бумаги из сумки и принялась быстро и не слишком понятно писать.
Мы между собой переглянулись.
– Тогда предлагаю на сегодня остановиться и переночевать, а завтра начать поиски наших, как ты выразилась, друзей, – с иронией произнес Анвин, взглянув на Линнею. Та ответила многозначительным фырканьем.
Я нервно сглотнул. Максимум, куда я ввязывался – это в уличные драки. Нет, бывали случаи, что мне приходилось убивать излишне агрессивных преступников или нападавших на меня людей с целью убить, но... это все была оборона. Я никогда не был в числе нападавших. К тому же, мечом я не владел, а стрелял весьма посредственно. Остается полагаться только на магию крови.
Лимирей я в лагере не обнаружил. Так хотелось сказать ей несколько ободряющих слов… да и просто побыть рядом с ней.
Я нашел ее на окраине лагеря. За пределы теневого барьера Лимирей не вышла. Плечи ее чуть подрагивали. Алхимическая сумка была открыта, как и одна склянка. Я присел рядом с Лим и взглянул на нее. Боковым зрением отметил, что она чем-то смазывает когти, сделанные из мистериума.
– Лим, – тихо позвал я ее. Она вздрогнула и обернулась. – Насколько все плохо? – спросил я.
Она взяла лист бумаги и быстро написала:
Более она ничего не добавила. Только жестом предложила мне смазать арбалетные болты ядом. Я отказываться не стал. Не стал и спрашивать, какой именно яд на них нанесла Лимирей. Некоторые вещи лучше не знать. Оставить в таком состоянии я ее не мог и составил компанию в дозоре. Как и в предыдущие ночи, на наш лагерь никто не позарился.
А утром, после короткого завтрака, мы продолжили путь. И в середине дня остановились. Потому что прятаться было негде.
Лес, густой стеной окружающий замок, полыхал ярким заревом красного и оранжевого оттенка. Местность была высушена и выжжена на несколько километров. За пеленой дыма черной громады замка Картак не было видно вовсе. Мы стояли на голой безжизненной земле. Здесь уже отгремело пламя.
– Великие Духи, – потрясенно выдохнула Магдалена.
У Лимирей так вовсе подкосились ноги. Я успел подхватить ее в самый последний момент и не позволил упасть.
Я прекрасно помнил, как начинались болота. Может, мы и шли по строго обозначенным тропинкам, но я успевал и по сторонам осматриваться.
Перед глазами сразу же встали безопасные полянки, окруженные елями. В болотах росли невысокие крючковатые деревья. Обманчиво мягкий мох, скрытый под снегом, от неосторожного шага мог промяться, и нога тут же оказалась бы в болоте. Я помнил, как поваленные деревья служили мостом, соединявшим безопасные островки. Помнил, как радостно трещали духи мороза в зимних лесах. Помнил Древня, который открыл нам путь к замку…
– Нам надо их остановить, – тихо сказал я и сам не поверил, насколько холодно и грозно прозвучал мой голос.
– Наверняка в пожаре резвятся духи огня, – произнес Анвин. – Ими кто-то должен заняться или пламя в лесу мы не потушим.
