Дети подземелий полностью

Я подставил подножку еще кому-то, подхватил на руки Лимирей и устремился прочь, на второй этаж, пригнув голову. Разило от нее, конечно…

– Вместо того, чтобы устраивать алкогольные бои, лучше бы помылась! – огрызнулся я. На что получил возмущенный ответ в виде избиения по рукам и плечу с явным требованием отпустить.

Снизу до нас доносились звуки драки. Кажется, здесь это было нормальным явлением, раз за нами не побежали дальше.

Лимирей я не отпустил даже тогда, когда дверь за нами закрылась. Я прошел дальше и уложил ее на кровать.

– О чем ты вообще думала?! – сердито спросил я у Лимирей. – Мы сюда по делу прибыли!

Лимирей села на кровати и едва с нее не свалилась. С трудом удержалась, опасно накренившись в сторону. Я поддержал ее, не позволив упасть на пол. Лимирей изобразила жестом, что ей нужны перо и бумага.

Я со вздохом начал искать ее сумку обнаружил ее на стуле. Вспомнил, что где-то там находится еще и родовой кулон… но вытащил только лист бумаги и перо.

– Писать-то сможешь? – хмуро спросил я. Лимирей кивнула и отобрала у меня оба предмета, едва не порвав бумажный лист.

– Можешь объяснить мне, что на вас обоих нашло? Какого лешего вас потянуло с Телириеном пить?! – прошипел я.

«Они слишком много о себе возомнили», – не слишком четко и ясно написала Лимирей.

– И вы пошли у них на поводу? – изогнул я бровь, поняв, что речь идет о гномах. – Гениально… пройти мимо не пробовали?! Или не вступать в дискуссии?!

«Тел сказал, что это будет весело».

– Что?! – изумленно спросил я. Вот от кого, а от дракона такой подлости я не ожидал. Казался же вполне разумным существом!..

– Придет в себя – по голове получит, – сквозь зубы процедил я. – А ты зачем у него на поводу пошла?!

«Я не хотела… а потом они спросили, зачем им девка в отряде. Мне и так плохо было. Я хотела им морду набить. Я бы это сделала. Тел остановил. Предложил гномам пари, а дальше… я не помню, как оказалась за столом. Уже все стало неважно. Мне стало так хорошо… а потом все стало неважно».

Перо в руках Лимирей неожиданно задрожало, а она сама расплакалась и опасно наклонилась. Я ее поддержал за талию, уже не зная, как и реагировать. С одной стороны, хотелось хорошенько по ушам съездить, с другой…

«Мне так плохо, Дэн. Я хочу что-то сделать и не могу. Я так виновата перед тобой».

Слезы упали на лист бумаги, и некоторые буквы размылись.

– Не говори ерунды, – сердито сказал я и погладил ее по волосам. – Ты ни в чем не виновата…

«Виновата. Я оставила тебя одного, когда могла забрать с собой. Все рассказать. И не было бы этого… всего. И этот кулон… ты сказал, что становишься на меня похожим. Я не уверена, но мне кажется, дело в нем. И твоя магия… Телириен рассказал, что с ней происходит. Тебе больно. Я… это из-за меня. А еще… я устала. Устала скрываться. Устала притворяться. Даже здесь я чужая. К вам привыкли, а я…».

– Так, давай-ка спать ложись, – пробормотал я, забирая у Лимирей из рук перо и бумагу.

Она беззвучно всхлипнула и резко развернулась ко мне. Ткнулась в грудь и вцепилась в плечи, не желая отпускать. Я тяжело вздохнул. Сердце разрывалось от ее слез. Невольно я задумался, а когда в последний раз за все это время со смерти Николаса видел ее хоть немного по-настоящему счастливой?

– Лим, – осторожно позвал я ее, но она только сильнее прижалась ко мне, не желая отпускать.

– Потерпи еще немного. Скоро тебе не придется прятаться. Только для начала вернем Ричарду его законный трон, а он уже потом изменит законы. Наш король всегда больше судит по поступкам, а не положению. К тому же, вы с Николасом на него долго работали…

Я умолк. Вот уж точно: язык мой – враг мой.

– Лим, не бери в голову. Лучше спать ложись, – посоветовал ей я. – Утром еще пожалеешь о том, что напилась, – буркнул я.

Лимирей отстранилась от меня и подняла взгляд. И столько там было отчаяния, что я аж забыл, что хотел сказать.

– Что? – спросил я ее, осторожно коснувшись руки.

Лмирей не сводила с меня взгляда. А я не мог понять, чего она от меня хочет. Слов утешения? Еще что-то сказать?

– Я не уйду, – пообещал я ей и криво усмехнулся. – Я в таком же положении, как и ты. Покажусь в Артении – мне голову отрубят. Так что… в чем-то мы даже похожи.

Лимирей опустила взгляд.