– Еще бы, и мой лучший друг! Что-нибудь еще, Роз? Извини, но мне уже нужно бежать.
– Конечно.
– Сегодня вечером у меня концерт «Нирваны».
– Тогда ни пуха ни пера!
– И тебе ни пуха.
– Эмиль.
– Да?
– Спасибо тебе за все.
– Не за что, до скорого.
– Пока.
Когда Акоп приехал домой, до начала приема оставалась пара часов.
– Удивлена? – спросил он Роз, взяв ее за руку, когда она входила в гостиную из сада.
– Ты уже здесь? – улыбнулась она. Акоп, казалось, только что вышел из салона красоты, надушенный, причесанный, в отличном двубортном костюме с иголочки.
– Поднимемся? – предложил он.
– Пожалуй. Я только что закончила осмотр, – вздохнула она, – и даже поплавала в бассейне.
– Смотри-ка. А я-то думал, что ты уже одета, – шепнул он и томно поцеловал ее в губы, слегка раскрыв халат, не обращая внимания на взгляды прислуги, хлопотавшей вокруг.
Потом он взял жену за руку и повел наверх, в спальню.
– Как все прошло? – спросила его чуть позже Роз, пока сыпала в ванную ароматическую соль.
– Война цен, – вздохнул Акоп. – Кто-то сделал американцам неотразимое предложение. Нас спасли наша репутация и качество продукции.
– Где они собирались шить? – спросила она, сбросив халат.
– Угадай. – Он не мог оторвать взгляд от двух ярко выраженных ямочек чуть ниже поясницы жены. – Китай выбивает из колеи мировую экономику. Через десять лет на Западе вообще ничего больше не будут производить! – воскликнул он.
Но Роз уже не слушала его, погрузившись в наполненную пеной ванну.
– Для меня найдется местечко?
Сначала одна, потом вторая нога неожиданно оказались в теплой воде, расплескав пену повсюду.
– Нет! – взвизгнула она раздраженно, прикрыв лицо руками.
Он обиделся. Стоя перед ней обнаженный и по колено в пене, он казался беспомощным.
– Я все сделал, чтобы освободиться пораньше и побыть немного с тобой, – пробормотал он. В его карих глазах читалось желание, он хотел ее. Он решительно сделал шаг вперед, не сводя с нее глаз и все более возбуждаясь.
Роз лукаво улыбнулась, приподнялась и поманила его.
– О да… – простонал Акоп, протянул руку и нежно дотронулся до ее лица.
– Ты вернулся изголодавшийся? – прошептала Роз.
Затем она привлекла его к себе, и он ощутил ее гладкую шелковистую кожу. Она сладострастно посмотрела ему в глаза и начала ласкать, как ему нравилось.
Акоп закрыл глаза, слегка вздрогнул от удовольствия, и замер.
Позже, еще ощущая привкус мужа во рту, Роз спросила себя, достаточно ли женщине секса, чтобы чувствовать свою принадлежность мужчине. Пока портниха подгоняла вечернее платье по фигуре, она продолжала обдумывать эту мысль: было ли между ней и мужем что-то еще, кроме очевидной сексуальной связи, какой-то другой тип глубокой привязанности? Конечно, это было не самое подходящее время для подобных вопросов, за несколько минут до приезда гостей, но она никак не могла успокоиться: что ее связывало с Акопом, помимо физического влечения и жажды богатства?
К сожалению, ей не пришло на ум ничего другого.
Ничего.
По крайней мере, до того момента, как первый гость позвонил в дверь.
В имение Бедикянов входила усадьба в стиле викторианской неоготики и гектар угодий.
Усадьба была построена в 1870 году, когда лорд Кавендиш, потомок благородного английского рода, породнившегося с королями, и высокий государственный чин, был вынужден переехать в канадскую колонию. Сильная любовь к родине и всему, что окружало его с самого детства, вдохновила его на притязательный проект перемещения в колонию родного дома. Он перевез усадьбу по морю в Канаду – по камешку, каждую дверь, окно, а также всю мебель и предметы обихода. Привлек целую армию архитекторов, бригадиров и каменщиков, которые за семь лет, точно следуя подлинным чертежам, возвели самую красивую усадьбу в Торонто.
И теперь ее новыми владельцами были Бедикяны.
– А здесь совсем неплохо, – иронически заметил молодой водитель, который привез Микаэля на прием.
Они уже проехали ворота и поднимались по аллее, обрамленной красными кленами. Молодой человек посмотрел в зеркало заднего вида на удобно устроившегося пассажира. Тот походил немного на Шона Коннери, уже в возрасте, в роли профессора или писателя. Непростая, таинственная личность. Он был безукоризненно одет – водитель обратил на это внимание, когда заехал за ним к своему шефу, господину Мегояну. На пассажире был костюм цвета «лондонский туман», белая рубашка и красивый темно-синий галстук с мелкими белыми лилиями. По дороге водитель пытался заговорить с ним, поболтать о том о сем, но пассажир был не очень разговорчив, и он оставил его в покое.
– Как тебя зовут? – неожиданно спросил водителя Микаэль.
Молодой человек смущенно кашлянул:
– Дейв, господин Делалян.
– Дорогой Дейв, ты останешься здесь или уедешь?
– Господин Мегоян попросил меня подождать вас.
– Отлично, значит, мы сможем сбежать, когда захотим, – заметил он и впервые слегка улыбнулся.
