Волк положил перед собой на письменный стол выпуск «Вперед!» и задумался над этой важной новостью. В особенности над последней фразой, написанной Ненни, секретарем социалистической партии, который подчеркивал временность мирового баланса. Это обеспокоило его более всего.
Какая судьба ждала Армению теперь, когда умер этот великий государственный деятель? Отец Кашишьян слышал о Сталине с самого своего приезда в Венецию. Он только что прибыл из Стамбула и устроился в монастырской келье на острове Святого Лазаря, где должен был жить во время обучения на высших семинаристских курсах. Отец Атанас, пожилой монах, поведал ему историю некоего Бепи по прозвищу Дель джассо, то есть ледяной, молодого грузина, который в далеком 1907 году бежал от преследований царского режима[40]. Бепи, один из большевистских руководителей, бежал из России на торговом корабле, перевозившем зерно из Одессы в Анкону. Молодой революционер скитался по многим городам, пока наконец не попал в Венецию, где его приютили на острове армян, поскольку, опять же по мнению старого монаха, он говорил по-армянски и умел служить мессу по православному и латинскому обрядам. Но лучше всего у него получалось звонить в колокола со всеми тонкостями, которых требовали обе конфессии.
– А ты как думал, через нас все прошли! – воскликнул отец Атанас. – Венеция всегда была центром мироздания.
Волк с сомнением посмотрел на него, не понимая его речи. Он слышал о художниках, писателях, политиках, которые находили убежище в стенах армянского монастыря, как, например, легендарный лорд Байрон, но в этом случае не имел ни малейшего представления, на кого намекает аббат.
– Потом этот звонарь стал известен во всем мире под другим именем – Сталин, то есть стальной человек, самый устрашающий политический руководитель всех времен, – продолжал старик, окончательно ошеломив Волка.
– А почему он ушел с острова? – спросил он.
Отец Атанас засмеялся:
– Он был совершенно неуправляемый. Решил звонить в колокола только по православному обряду. И после первого же выговора игумена собрался и вернулся обратно в Россию.
После этого разговора довольно долго Волку нравилось видеть в Сталине простого звонаря с острова армян. Он всегда думал, что между государственным деятелем и его народом существует какая-то особенная связь, судьбоносная, и его дела были тому подтверждением. Благодаря ему исстрадавшийся армянский народ, казалось, обрел после десятилетий скитаний сильную и уважаемую страну, ставшую членом союза, преуспевающего в промышленности и науке, с крепкой экономикой, где никто не голодал, где всем гарантировали хлеб насущный, работу и образование. Как настоящий звонарь, что созывает верующих в церковь, Сталин позволил армянам диаспоры обрести их родину, предложив им надежное пристанище. Позволил вернуться на родину из тех стран, в которых им приходилось испытывать постоянные унижения и презрение людей, которые, не зная истории, принимали их за безграмотных кочевников или, того хуже, варваров с Кавказского нагорья.
Волк был в этом уверен. Товарищ Сталин был неоспоримым создателем той родины, которую они так долго и страстно желали, – Советской Социалистической Республики Армения.
Он снял очки и стал покусывать дужку, бросив взгляд на газету. На первой странице слева была помещена фотография Сталина. Он снова взял в руки газету и стал рассматривать портрет, приблизив его к глазам. К сожалению, прямо над густыми усами со слегка приподнятыми кончиками при печати остался след краски, который скрывал все лицо. Тогда он удовлетворился изучением военной формы, которую, несмотря на черно-белую фотографию, четко себе представлял: болотного цвета с позолоченными нашивками на погонах, красными петлицами на воротнике-стойке и неизменной блестящей звездой на груди слева.
