— Дело совсем не в том, что на табло нет Драконов, — ответил Боб. — Дело в том, что оно нам совершенно не нужно. Мы же не враги друг другу. У нас один враг — жукеры. А мы должны быть союзниками. Мы обязаны учиться друг у друга, делиться информацией и идеями. Нам следует избавиться от страха перед экспериментом, надо осваивать новые приемы, не боясь, что они отрицательно отразятся на наших местах на рейтинговой таблице. Табло — это Игра учителей, ставящих себе цель стравить нас друг с другом. Они — как Бонзо. Среди нас нет людей, которые пьянели бы от ненависти и ревности. Но вдумайтесь! Именно таких, как Бонзо, и должна воспитывать эта таблица. Именно она настроила Бонзо, чтобы вышибить мозги у нашего лучшего командующего, у нашей главной надежды на случай нашествия жукеров. А почему? — спрашиваю я. Потому что он счел себя униженным, видя положение Эндера на таблице. Вдумайтесь! Положение на таблице стало для Бонзо важнее войны с жукерами!
— Так Бонзо же сумасшедший! — выкрикнул Уильям Би.
— А тогда зачем и нам становиться сумасшедшими? — спросил Боб. — Давайте-ка уберем эти рейтинги из Игры. Пусть каждое сражение существует как бы само по себе. Чистая доска! Пробуйте любые приемы, которые могут привести к победе. А когда сражение кончится, пусть оба командующих сядут, расскажут о своих намерениях, почему и как они действовали, а мы будем учиться друг у друга. Долой секретность! Пусть каждый играет как может! И к чертям — места на табло!
Раздались голоса одобрения. И не только бывших Драконов.
— Тебе легко говорить — твои-то торчат где-то в самом низу, — сказал Шен.
— Вот ведь в чем по-настоящему наша проблема! — крикнул Боб. — Вы с подозрением относитесь к побудительным причинам моего выступления. А почему? Опять-таки из-за мест на табло. Но разве нам не предстоит стать офицерами одного и того же флота? Разве мы не будем работать вместе? Не будем верить друг другу? Какая же судьба ожидает МКФ, если все капитаны кораблей, все командиры штурмовых подразделений, все адмиралы флота будут отдавать свое время размышлениям о своем положении на рейтинговой таблице, а не тому, как работать во взаимодействии, чтобы уничтожить нашего единственного врага — жукеров? Я хочу учиться у тебя, Шен. Я не хочу конкурировать с тобой из-за какого-то идиотского места на таблице, которую учителя повесили на стену, чтобы легче манипулировать нами!
— Так я и поверила, что вы — парни из Драконов — захотите учиться у неудачников, — выкрикнула Петра.
Вот оно! Наконец-то выплыло на божий свет!
— Да! Да! Я хочу! И именно потому, что я из армии Драконов. Нас тут девять, и мы прекрасно знаем множество приемов боя. Но это только те приемы, которым обучил нас Эндер. Что ж, Эндер гений, но даже самый распрекрасный гений не знает всего, что известно множеству других ребят и из нашей школы, и на Флоте. Мне надо знать образ вашего мышления, и мне не нужно, чтобы вы прятали от меня какие-то ваши боевые секреты, а вам вовсе не надо, чтобы я прятал от вас свои. Может быть, Эндер стал Эндером именно потому, что он заставлял своих взводных общаться друг с другом, давал им полную свободу действий и требовал, чтобы своими замыслами они делились с остальными.
Теперь одобрительных возгласов стало куда больше. Даже те, кто сомневался, и те задумчиво утвердительно кивали головой.
— Так вот что я предлагаю сделать. Давайте единодушно проголосуем против этого табло, причем не только против этого, но и того, что висит в солдатской столовой. Давайте единодушно решим больше не обращать на них внимания. Точка. Мы потребуем, чтобы учителя обесточили их или сняли бы вообще. Если они откажутся, мы принесем простыни и завесим табло. Или станем швырять в табло стульями, пока они не разобьются. Мы не обязаны играть в учительские игры. Мы можем сами заняться своим воспитанием и подготовиться к сражениям с настоящими врагами. Мы должны помнить, должны всегда помнить, кто наш настоящий враг!
— Точно! Это наши учителя! — вскочил Динк Миекер.
Все захохотали, но тут Динк влез на стол и встал рядом с Бобом.
— Я сейчас самый старый по стажу командующий армией, после того, как учителя выпустили из школы тех, кто был старше меня. Больше того, я — самый старый солдат в этой школе. Поэтому я предлагаю: принять все, что предложил Боб, после чего я отправлюсь к учителям и потребую выключить табло немедленно. Кто-нибудь против?
Ни единого протеста.
— Значит, все согласны. Если табло все еще будет висеть к нашему ленчу, мы притараним простыни и закроем его. Если оно будет висеть ко времени ужина, тогда мы, не прибегая к поломке стульев, откажемся выводить свои армии на позиции, пока они не уберут эти чертовы таблицы.
Алаи крикнул из очереди за едой:
— Но ведь тогда все наши рейтинги…
И тут же расхохотался над собой:
— Черт бы их побрал, здорово они нам промыли мозги!
