— Никак, — Отрезал Келли, — Юсуповы только разрешают дочке грезить, замуж за тебя точно не отдадут, да и сама Зинаида через год-другой будет вспоминать о детской влюблённости с улыбкой.
— Тогда, — медленно начал Фокадан, — получается, интрига? Юсуповы или кто-то из их ближайшего окружения решил выставить меня реальным претендентом на руку и сердце наследницы. Зачем?
— Да масса вариантов! — Отозвался Конноли, дёрнув плечом, — Аристократия любой свой ход старается делать многовариантным — таким, чтоб решал сразу несколько задач.
— Так… а ведь на самом деле интересная интрига может получиться, — задумался попаданец, — выставить вперёд меня, проворачивая какие-то интриги как бы от моего имени. Технически… да пожалуй, можно и о браке подумать. Кандидат не идеальный, особенно социализм мешает. Но раз уж слово дал воздержаться пока от публикации работ на подобную тематику, то интриганы могут убедить кого-то, что я переболел социализмом. В сухом остатке — достаточно популярный писатель и драматург, один из лидеров ирландской диаспоры, политик, инженер.
— Не совсем ровня знатнейшей и богатейшей аристократке, да ещё и обещающей стать одной из первых красавиц Империи, но рассматривать в качестве жениха тебя уже можно, — веско сказал Бранн, — и не забывай, что чисто теоретически, такой брак для промышленников Конфедерации стал бы манной небесной!
— Это да, — нехотя сказал Фокадан, — тесная связь с элитой Российской Империи пошла бы промышленности Конфедерации на пользу. Мог бы вывести в российский Высший Свет знакомых и друзей, личные контакты с аристократией. Ладно, принимаю. Дальше-то что? В жизни не поверю, что только из-за этого генерал-губернатор убийц нанял бы, проще очернить человека, тем паче о теоретическом браке можно только через несколько лет говорить.
— Сами Юсуповы пока нейтральны, — отозвался Келли, — в свару не лезут. Тем более, покушение случилось до убийства императора, хотя… сановники такого ранга могли просчитать расклады загодя. К слову, тебя могли и не как потенциального жениха убирать, а как послание Юсуповым.
— В последнее больше верится, — хмуро сказал Фокадан, — и не только Юсуповым. Проверить нужно, не играют ли Долгоруковы на стороне англичан? Моё устранение в таком случае могло стать ещё и посланием Лондону. Этакое Заявление о дружбе и добрососедстве.
— Следующая ниточка ведёт к Александру, — задумчиво сказал Келли, записав что-то в блокнот, — почему-то решили, что ты имеешь на него большое влияние, ряд непопулярных у знати реформ приписывают тебе. Вряд ли это на самом деле, но попытка выставить иноземца виновником всех бед знати — очень удобно. Часть аристократии переметнулась бы к твоим противникам на рефлексах, не раздумывая. Покушение могло быть попыткой набрать очки в глазах таких вот легковерных.
— Есть ещё ниточки, — вяло сказал Конноли, — но те уже проверить не можем. Католическая церковь может иметь свои резоны, а они в последнее время активизировались, и активность эта мне не нравится. Масоны ещё, будь они неладны…
— Клоуны, — фыркнул Бранн.
— Клоуны, говоришь? — Прищурился Риан, — уверен? Тайные общества, где люди связаны клятвам и порой — кровавыми тайнами. Большая часть масонских ложь и правда никчемушники с претензиями. А меньшая? Сколько масонов вокруг, знаешь? А сколько среди них модников, болтунов и серьёзных людей, я вот подсчитать не возьмусь.
— Масонов в сторонку откладываем, — поморщился Алекс, — на повестке у нас Долгоруков. Что делать-то будем?
[1] Сейчас в это сложно поверить, но Хитровка, самый криминальный район Российской Империи, был по нынешним временам не таким уж опасным местом. Ограбить, подпоить, обокрасть — это сколько угодно, а вот убийство было редкостью чрезвычайной, тем паче умышленные. По-настоящему опасным местом Хитровка стала позже, ближе к концу 19-го века.
[2] Романовы не могут похвастаться знатным происхождением.
[3] Олигархов.
[4] Брачными.
— Эйрин на рифы налетела! — Раздался голос с высокой деревянной вышки, стоявшей на каменном фундаменте, и толпа старателей загудела. Новость из самых скверных, снабжение маленькой ирландской общины, обосновавшейся на Береге Скелетов, постоянно висело на грани.
— Может, туман искажает? — Донёсся до наблюдателя полный надежды голос снизу.
— Нет, парни! На море туман рассеивается, сверху нормально видно!
— Твою же мать! — Выразил общее мнение немолодой ирландец, дёрнув нервно головой, — опять с водой проблемы!
— Что делать, Том, — вяло отозвался такой же немолодой мужчина, стоящий по соседству, — знали, на что шли, — Хорошо ещё, через ИРА работаем, а не поодиночке. Пусть фении забирают почти девяносто процентов от заработанного, но зато централизованное снабжение бесплатное, да алмазы через них за справедливую цену уходят.
— Эт да, — согласился молодой парень, явный родственник матерщинника, — как представлю, сколько бы торгаши могли за воду заломить, да за какие копейки нашу добычу покупали, так аж дурно делается. Так-то тяжко, а было бы…
