В мансарде было светло, тихо и как-то очень спокойно. Амелин сидел на кровати в наушниках и, обложившись книгами, что-то читал. На подоконнике и сундуках тоже стояли стопки книг.
- Привет, - я вытащила у него из уха наушник, от неожиданности он вздрогнул, а затем разулыбался так, словно увидел чудо из чудес.
- Наконец-то ты пришла!
- Откуда у тебя все эти книжки?
- В библиотеке взял. Представляешь, я даже словарь английский нашел. Только он маленький очень, а вот итальянских много. Но итальянский я совсем не знаю.
Он показал квадратный словарик в мягкой обложке.
- В какой такой библиотеке? - подозрительно спросила я.
- Которая в башне. Там оказывается такая большая библиотека от первого этажа до самой верхушки.
- Как ты узнал?
- Просто зашел и увидел.
- Нет. Как ты туда попал?
- Через дверь, глупенькая.
- Слушай, прекрати паясничать. Как ты открыл дверь?
- Я нашел ключи, - сказал он, вытаскивая из-под подушки увесистую связку. - В сундуке, под игрушками были.
Амелин помахал у меня перед носом большеглазой плюшевой пандой.
- Значит, это ты там ходил? - я вырвала у него панду и замахнулась.
Он моментально прикрыл голову руками.
- Где ходил?
- Сейчас, как врежу тебе.
- Я только книжки взял и всё, - жалобным голосом проговорил он из-под рук.
- Дай сюда ключи.
- Не могу, - он шутливо спрятал связку за спину. - Всем известно, что женщинам нельзя давать ключи. Особенно, если это касается запертых дверей.
- Ладно, у меня тоже есть кое-что.
Уловка мигом сработала. Он заинтересовался.
- Что же?
Теперь была моя очередь вредничать.
- Я нашла свой ключ, - достала и показала ему, - от одной таинственной двери.
- Так, значит тот душераздирающий вопль, от которого содрогнулся весь дом и который заставил меня похолодеть от ужаса, был возгласом радости и удивления, когда ты нашла этот ключ?
Он сиял, невероятно довольный своей шуткой.
- Как же ты меня бесишь!
- А ты не бесись. Просто расскажи, что за дверь?
- И не собираюсь. У тебя удивительная способность злить на ровном месте.
- Успокойся. Хочешь, я тебе почитаю? Это всегда помогает.
Он потянул меня за руку и усадил рядом с собой, затем раскрыл книгу и стал с середины читать.
"Пришла в себя девушка и огляделась -- видит, стоит перед ней дворец черного мрамора, вокруг него прекрасный сад раскинулся, а возле дворца -- косматый зверь. Обмерла красавица со страху, а зверь вдруг говорит ей ласковым голосом: -- Не бойся меня, красна девица, я тебя не обижу. Погуляй сперва по саду, а потом во дворец ступай, там тебе и стол и ложе приготовлены. Да смотри: что бы с тобой не приключилось, не произноси ни звука, даже если тебя мучить станут. Сказал зверь и исчез. Дворец и внутри и снаружи был выложен черным мрамором и вся мебель в нем была из черного мрамора. В одной комнате стоял маленький столик, а на нем дорогие яства. Наелась красавица, напилась у колодца ключевой воды, а когда небо окрасилось вечерней зарей, улеглась на ложе спать. Около полуночи раздался страшный грохот, двери с треском распахнулись, и в ее покои ворвалась орава безобразных чудищ. Налетели на девушку, щиплют, когтями рвут, царапают, а она молчит, ни звука не издает. Как налетели чудища, так и улетели. Уснула красавица. А проснувшись поутру, увидала, что треть черного замка стала белой".
- Зачем ты мне это читаешь? - я шлёпнула пандой по книге, и та захлопнулась. - Это подкол такой, чтобы меня ещё больше запугать?
- Это не подкол, - он невинно захлопал глазами. - Это сказка "Розочка". У меня в детстве такая книжка была, когда я с бабушкой и дедушкой жил. В деревне, пока не уехал.
- Как вообще в наше время можно в деревне жить?
- Там было классно. Особенно заброшенные поля, которые летом цвели красным клевером. Очень красивые поля. Ещё там была речка. Маленькая, быстрая и очень холодная. И я на полном серьёзе думал, что это тот самый источник, в котором течет живая и мертвая вода. Даже несколько раз пытался оживить дохлую мышь. Потому что из-за бабушки у меня в голове всё смешалось. Она хоть и была образованной женщиной, воспитанной в советское время, но вся её родня родом из деревни, так что она считала совершенно нормальным оставлять блюдечко с крошками для домового. А ещё она всегда готовила ужин, даже когда после работы приходила. Что-то очень вкусное: жареную картошку или макароны по-флотски. А на обед всегда оставляла нам суп. Дед больше всего любил грибной, и у нас повсюду сушились грибы. Если бы ты знала, как они обалденно пахнут. Наверное, это было счастье, жаль, что я об этом тогда не знал.
- Почему же ты от них уехал, если тебе нравилось?
- Потому что они умерли. Просто взяли и умерли в один день. Так бывает, только не спрашивай, пожалуйста, как "так", - на выдохе прохрипел он и в ту же секунду закашлялся до слез.
- Ты таблетки пил? - попыталась я перевести тему.
Он помолчал немного, возможно всё ещё вспоминая своё, а затем поднял глаза и хитро сказал:
- Главное моё лекарство - это ты.
Ему определенно нравилось ставить меня в неловкое положение.
