Подержав на руках мирно спящих, не смотря на шум, внука и правнучку, он пошел на кухню заниматься шашлыком вместе с Севкой. Неофиты клана всё никак не могли поверить в то, что моложавый дед Вахо действительно прилетел сам, а не на самолете и мужчины стали наперебой показывать им на что они способны. В итоге это привело к тому, что Серёга и Эдуардо щедро одарили своих крестниц энергидом, а Лулуаной влила этот белый, с золотыми искорками, шар, в Игоря. Со всем остальным им предложили разобраться позднее.
Вслед за этим и остальные мужчины стали щедро наделять энергидом своих подруг, а Хачик и Володя, махнув рукой на всё, влили его и в своих детей, понимая, что они тоже полноправные члены звёздного клана. Ни Стос, ни Лулу не нашли в этом ничего страшного, ведь если эти юные создания не проболтались никому до сих пор, то ничего не случится и в дальнейшем. Тем более, что вскоре им всем было суждено очень надолго покинуть Россию и перебраться в тёплые края, на какой-то остров Тумареа, о котором они уже стали говорить, как о своём настоящем доме, хотя переселение еще только-только намечалось и до того дня, когда они отправятся в южные моря, было ещё ой как далеко. Всё это их нисколько не смущало и они праздновали, заодно, и грядущее событие.
После того, как крохотный космический кораблик по имени Лулу так славно послужил Вилли и Костику, Хачик больше никому не разрешал сесть в пилотское кресло. Место штурмана навсегда заняла его жена Валентина и если кого-то срочно требовалось привезти в Москву или отвезти куда-то, то они могли рассчитывать только на места пассажиров. Единственным человеком, которому этот парень впервые уступил своё место пилота, был отец этого маленького, но такого могучего космического корабля — Стос, да, и то лишь потому, что Лулу, едва он только услышал о его робкой просьбе тотчас объявил забастовку, когда Хачик попытался отказать ему.
Однако, Стос даже не стал брать управление челноком на себя, а лишь попросил Лулу доставить его во Францию самым простым и надёжным образом, выбрав для этого любой маршрут, что тот и сделал за каких-то полторы минуты. Вежливо поблагодарив Лулу, этот пассажир попрощался со всеми и выбрался из корабля наружу, прямо на обочину дороги, ведущей в Ниццу. Менахем уже был в этом курортном городке для миллионеров, а ему теперь предстояло дождаться Аньез и доехать до него на её машине. На всякий случай он даже захватил с собой свой загранпаспорт и водительские права.
Ждать ему пришлось не очень долго, так как Лулу доставил его всего лишь на четверть часа раньше времени рандеву. Вскоре на шоссе показался красный "Феррари F-50" этой африканской принцессы. У Стоса заранее зашумело в голове и громко заколотилось сердце, так как Лулу дала ему строгий наказ непременно превратить эту чернокожую красавицу в истинную дочь Сиспилы, — человеко-арнису, так как она не очень-то доверяла столь деликатное дело прохиндею Митяю. Разумеется, сделать это ему предлагалось в постели, но только в том случае, если девушка сама пожелает того.
Соблазнять её он мог любыми способами. Это ему не возбранялось. Правда, у него почему-то не было уверенности в том, что он сможет это сделать, так как говорить с девушкой с помощью компьютера, который не только делал для него перевод с французского на русский, но ещё и управлял его голосовыми связками, было весьма затруднительно. Ведь что ни говори, а это делало его речи не такими пылкими и страстными, чтобы соблазнить такую красотку.
Едва только увидев его стоящим на длинном прямом участке извилистой горной дороги, Аньез тотчас притопила так, что красная машина мигом подлетела к нему и тормозить ей пришлось, словно на красный сигнал светофора. Чернокожая Афродита, одетая в плотно обтягивающие ноги джинсы и пушистую розовую курточку из искусственного меха, грациозно и медленно выбралась из машины. Она подошла ближе и, вложив свою узкую руку, затянутую в перчатку тонкой бежевой замши в его широкую, крепкую ладонь, приблизившись вплотную, спросила:
— Ты Стаси?
Стос, судорожно вдохнув дурманящий аромат её духов, ответил слегка оскалившись и пристально глядя в большие, тёмно-карие глаза девушки с кофейными белками:
— Да, моя маленькая принцесса, я Стаси, если ты Аньез.
Маленькой он мог называть эту девушку уже потому, что не смотря на высокие каблучки своих полусапожек она всё равно была ниже него ростом. Лицо этой африканской красотки было очень красивым и выразительным, с выдающимися скулами, чётко очерченным подбородком и полными губами, которые то и дело подрагивали, словно она что-то хотела сказать, да, всё не решалась. Голова её, с прической из множества длинных косичек, была непокрыта, хотя было довольно свежо.
