— Девочка моя, хотя ты и была моей любовницей, мы с Лулу имеем полное право считать тебя почти что дочерью, а потому мы даём вам свое благословение на брак. Но с со своим братом ты уж сама теперь разбирайся, ведь он если и согласится выдать тебя замуж, то только за какого-нибудь принца.
Девушка громко расхохоталась и воскликнула:
— Да, как же, за кого захочу за того и выйду! Мне этот шаман давно уже не указчик. — Поднявшись с колен своего бой-френда, она сказала ему — Костик, выйди отсюда. Можешь, если хочешь, посидеть в кабинете. Мне нужно покормить Стаса, а он очень не любит, когда на него кто-нибудь смотрит, когда он ест. И вообще, ты в последний раз видишь его в таком вот виде. До тех пор, пока он не завершит процесса самоделения, ты будешь сидеть в прихожей и не высовывать оттуда носа.
Парень тут же подскочил и попятился к двери, говоря:
— Станислав Игоревич, извините меня, что я вас побеспокоил. Я ведь все понимаю. Окажись я на вашем месте, мне тоже не захотелось бы выставляться людям на показ. А за то, что вы на нас не сердитесь, спасибо. Я ведь в Эллис влюбился с первой же секунды, как только увидел её в "Ста пудах" и был готов убить вас от злости и обиды, а когда узнал о том, что вы для неё сделали, то теперь сам готов за вас жизнь отдать. До свидания, Станислав Игоревич. Мы все вас ждём вместе со звёздной путешественницей Лулуаной.
У Стоса только и хватило сил на то, чтобы помахать ему рукой и негромко сказать ему:
— Пока, парень, и будь счастлив. Береги Эллис.
Костя вышел из кухни и Эллис принялась распаковывать принесённые им сумки. В первую очередь она выложила на стол ресторанную снедь, которую купила неподалеку и тотчас, пока та не остыла, стала кормить своего бывшего любовника с ложечки. Её бывший любовник ел очень жадно и по его шершавому, зеленоватому лицу, покрытому трещинками, текли из под красных век слезы. Так было всегда. Стосу было стыдно, что он такой беспомощный, но он не мог всё время питаться в сухомятку или готовыми блюдами, взятыми из холодильника.
Как он ни старался не мусорить, но из его рук, пальцами которых он почти ничего не осязал, вечно что-нибудь падало на пол. Боясь поскользнуться, он сметал все щеткой к окну и Эллис, порой, приходилось выбрасывать чуть ли не по целому ведру продуктов. Она хотела приезжать к нему каждый день, но её бывший любовник упорно отказывался, так как и без того чувствовал себя виноватым перед этой девушкой. Глядя на то, как из покрасневших глаз Стоса текут слезы, она промокнула их своим носовым платком и тихо сказала ему:
— Стас, ты уже дал мне так много, а теперь и вовсе сделал счастливой. Неужели ты думаешь, что меня волнует твой нынешний вид? Ты для меня всегда будешь самым лучшим мужчиной на свете и я разрешила себе полюбить Костю только потому, что сам ты любишь Лулуаной. Я ведь действительно не считаю тебя ни слабым, ни беспомощным. То, за что отважился взяться ты, не смог бы сделать больше ни один человек в мире. Ну, нельзя же быть таким упрямым, разреши мне поселиться в этой квартире хотя бы до тех пор, пока с тебя не слезет эта чёртова слоновья шкура, которая так мучает тебя. Я готова быть рядом с тобой каждую минуту и мой Костя тоже. Ведь мы оба очень любим тебя, Стас. Позволь нам помочь тебе, а как только твой родильный кокон лопнет и из него выйдет Лулуаной, мы уйдем и оставим тебя наедине с ней и ты будешь растить её дальше, а мы снова будем навещать тебя только тогда, когда это будет тебе нужно. Не упрямься, Стас.
Как только девушка умолкла, вновь подала голос Лулу:
— Стасик, миленький, позволь Эллис остаться. Мне не хватает информации о её теле и я придумала, как вырастить новый зонд, который мы сможем вводить в тело Эллис. К тому же тогда ты сможешь уже месяца через три или четыре сбросить защитный кокон. Разреши Эллис остаться с нами, Стасик.
Пожалуй, просьбу девушки Стос, нисколько не колеблясь, оставил бы без внимания, но вот звёздной путешественнице он не мог отказать. Тем более, что та завела речь о нехватке информации. Эта юная, но самоуверенная особа, кажется, действительно зашла в тупик и им теперь следовало её срочно выручать. Поскольку сам он ни бельмеса не понимал в том, что именно заставляет лёгкие дышать, почки выгонять из человека мочу, а сердце ритмично перекачивать кровь, то им будет проще скопировать все эти процессы, чем изобретать велосипед, да, ещё и рисковать при этом. Поэтому он тихо сказал:
— Ладно, Лулу, переговори с Эллис относительно этого твоего нового зонда и если она согласиться помочь нам, то может остаться у нас вместе с Костей. Места здесь нам всем хватит. Тогда я смогу чуть ли не всё время проводить в ванне, да, и грязи в квартире от меня будет поменьше.
Девушка, даже не выслушав, что задумала арниса, тотчас чмокнула Стоса в его лысый шершавый череп и воскликнула:
