Дети Судного Часа полностью

Ему это не удалось. Поворочавшись около минуты, обезумевший зверь вылетел из норы и понесся прочь, разбрасывая во все стороны сконь. Моргнеуморос ринулся следом, буквально хлеща добычу раздражающим звуком, направляя ее в нужную сторону. Обозленный и паникующий одновременно, толком не пробудившийся, гурустек мчал куда глаза глядят… прямо туда, где его ждали охотники.

Моргнеуморос гнал гурустека точно по центру поляны – к лоду Гвэйдеону. Паладин уже поднял арбалет, прицеливаясь в зверя, идущего ровно, как по нитке. Однако в последний момент тот отвернул в сторону – его что-то напугало. Возможно, он заметил отблеск солнечных лучей на доспехах или почуял запах металла – трудно сказать.

Так или иначе, гурустек неожиданно оказался прямо перед первым номером.

Стоящий на нем Креол поднял посох. Увидев гурустека, он слегка опешил – на кого-кого, а на земного медведя эта тварь ничуть не походила. Почти два метра в холке, покрытый темно-синей шерстью, с короткими шипами вдоль позвоночника и змеино-кошачьей мордой – он бежал со скоростью коня, понукаемого бичом. В крошечных глазках отражалась непередаваемая злоба.

За ночь Креол восстановил некоторое количество маны. Не отрывая взгляда от гурустека, маг крепко сжал посох, выплевывая Огненную Стрелу.

Заклятие попало точно в цель. Поднялось облако дыма, из него донесся яростный рев. Однако мигом спустя из облака вылетела громадная синяя туша, кидаясь прямо на Креола. Раненый и обожженный гурустек стал еще злее – и бег его только ускорился.

Креол успел сделать еще один выстрел – заклятие Стальных Игл. Бешеным ливнем они накрыли морду гурустека, иссекая ее множеством ран. Несколько вошло в разверстую пасть, изрезая язык и нёбо. Одна с хлюпаньем вонзилась в глаз, вызвав болезненный вой.

Но гурустек остался жив и даже не замедлил бега. Видя, что уже не успевает применить третье заклинание, Креол попытался отпрыгнуть – и споткнулся о сконь, в которой увяз чуть ли не по колено. Не удержав равновесия, маг повалился наземь.

Зверь с разбегу перемахнул через упавшего человека – но тут же затормозил передними лапами, развернулся и сомкнул челюсти на черепе Креола. С тихим треском лопнула Личная Защита.

Гурустек недоуменно тряхнул головой и вновь принялся терзать жертву. Его верхние зубы прорвали Креолу щеку под левым глазом, а нижние сорвали со лба всю левую половину кожи.

Обливаясь кровью, маг резко повернул кисть, хватая зверя телекинетическим щупальцем и отшвыривая в сторону. Тот шмякнулся на бок, перекатился и люто заревел, опять кидаясь на Креола. Ужасные клыки сверкнули на солнце, готовясь нанести решающий удар.

Маг поднял руку и тихо произнес одно-единственное слово. Слово-ключ, активирующее Кровавый Резонанс.

Гурустек поднялся на дыбы и страшно закричал. Мечась из стороны в сторону, он сиганул на Креола и… взорвался. В воздух взметнулся бурный фонтан крови, мяса и внутренностей, по земле прокатилась волна горячего пара.

Креол пренебрежительно хмыкнул, убирая лоскут кожи, свесившийся на глаз.

Когда Ванесса увидела, что гурустек сотворил с ее учителем, то едва не расплакалась. Тяжело дыша, она схватила Креола за грудки и что есть мочи затрясла, крича ему в лицо:

– Ты совсем спятил, да?! Почему ты такой безрассудный?! Почему?! Почему?!

– Откуда я знал, что эта тварь такая живучая? – проворчал Креол. – Медведя я бы уложил первым же ударом…

– А сконь почему не вытоптал?! Ты же мог погибнуть, идиотина!

– Но не погиб же, – криво ухмыльнулся маг.

– Но мог же! Тебе что, трудно было сделать, как советует бывалый человек?! Почему ты никогда никого не слушаешь?!

Креол угрюмо молчал.

Через пару минут он закончил начитывать на себя Исцеление, и пришел в относительную норму. На лбу и щеке остались два тонких шрама, однако через несколько дней они также рассосутся.

Однако мана на этом закончилась. На четыре боевых заклятия, Исцеление и Личную Защиту Креол израсходовал все, что восстановилось за ночь, и опять остался пуст, как кошель транжиры.

Разлетевшееся по поляне мясо гурустека собирали битый час. Глядя на окровавленные, испачканные в скони куски, Ванесса с сомнением произнесла:

– Что-то мне не особенно хочется это есть. Как-то оно странно пахнет. Оно так и должно пахнуть?

– Вкус у гурушатины специфический, это верно, – пожал плечами Моргнеуморос. – Но она хотя бы не ядовита.

– Это, конечно, утешает…

– Ничего, вымочим в уксусе – пальчики оближете.

– Так у нас же нет уксуса… или его вы тоже достанете из какой-нибудь дыры?

– Достану. Вы, главное, внимательно смотрите по сторонам, и если увидите на деревьях белые лианы – скажите мне. Это хайгонская лоза – если знать секрет, из нее можно сделать вполне сносный уксус…