Когда она закончила, в операционной ее уже ждал Строггорн.
— Хорошо, что ты пришел. — Она кивнула ему, как всегда, не здороваясь. — Я не успеваю поставить ему пси-входы. Сделай это сам — все-таки это будет полегче, чем через Машину. В остальном мы закончили. Мне пора.
— Элоир Вэр, вы не хотели бы поговорить с Креилом? — Линган прямо смотрел ей в глаза.
— Из-за Тины? Разве я смогу ему помочь? — Странница покачала головой. — Передай ему мои соболезнования.
— Вы же не могли не знать об этом? — совсем тихо спросил Лао.
— Допустим. Но откуда ты знаешь, что по-другому было бы лучше? — Странница холодно посмотрела на него, и Лао опустил взгляд.
— Как все это иногда бывает страшно, и как похоже на убийство, — задумчиво сказал Линган.
— Вряд ли тебе удастся пристыдить меня, Линган. — Странница обвела их взглядом и вышла, как всегда, оставив после себя куда больше вопросов, чем ответов. Строггорн вошел под купол. Диггиррен был совсем измучен.
— Мне еще будут что-нибудь делать? — спросил он.
— Я должен поставить тебе пси-входы. — Строггорн внимательно вслушивался в его мысли.
— Это больно? — Оттого, что Диг волновался, он спросил это очень быстро, и только сейчас Строггорну стало ясно, что у мальчика теперь очень высокая скорость мыслепередачи. Меньше, чем у него или Аоллы, но больше, чем у остальных Советников.
— Не очень. У тебя теперь стал выше болевой порог, так что потерпишь. — Строггорн не стал говорить мальчику, насколько тот теперь будет отличаться от окружающих, чтобы не расстраивать его. Он постарался не очень измучить ребенка, но установка тридцати восьми пси-входов все равно требовала много времени.
Диг вышел из-под купола и увидел Строггорна. Он только что проснулся после операции и сразу же отключился от Машины. Строггорн обернулся и увидел, что Диг улыбается.
— Чем ты так доволен?
— Я все-таки выдержал! Никогда бы не поверил, что мне удастся такое, — он помолчал и спросил: — Я не вел себя как трус?
От его вопроса Строггорн мысленно рассмеялся, но потом объяснил Дигу, что после таких операций нельзя без спроса вставать, и тем более отключаться от Машины.
— Почему? — удивился мальчик.
— Потому что я не закончил.
От слов Строггорна у Дига сразу испортилось настроение. Он попытался, проникнув в мозг, выяснить, что еще с ним собираются делать. Блоки были совершенно непроницаемы и пришлось отступить. Строггорн снова уложил его на стол и проверил прохождение сигналов при подключении к Машине. Все было нормально, и через несколько часов, проведенных Дигом в гелевой ванне, он отпустил мальчика домой. Неприятности начались у Диггиррена сразу, как только он увидел отца. Тот удивленно уставился на него, и мальчик не сразу понял, в чем дело. Никогда Диг не проникал в мозг родителей, считая это совершенно недопустимым, но в этот раз нарушил данное себе слово и сразу пожалел, что сделал это. Из мыслей отца Диг выяснил, что у него совершенно нечеловеческий взгляд. Учитывая, что отец сам был эспером, сразу стало ясно, как это серьезно.
— Отец. — Диг не стал скрывать, что на сей раз прочитал мысли отца, которые тот вовсе не собирался делить с ним. — Я не понял, почему ты так испугался меня?
— Что с тобой сделали? — Нил все пытался перебороть себя, всматриваясь в глаза сына. — И говори медленнее, а то мне больно от такой большой скорости.
— Я и так все время замедляю скорость мыслепередачи! — возмутился Диг. — Я стал Вардом, отец. — Он постарался успокоиться и говорить медленно.
— Нет. — Нил покачал головой. — Я знаю немало Вардов, но они никогда не производили на меня такого впечатления, хотя… — Он сейчас вспомнил, что, когда сидел возле операционной и ждал Дига, возле него остановился высокий, со светлыми волосами и лицом, закрытым полумаской человек, чтобы выяснить, кого Нил ждет. От взгляда того человека у него возникло точно такое же чувство. Он мысленно показал мальчику образ этого мужчины и спросил:
— Ты знаешь его?
— Да. — Несмотря на маску на лице, Диг сразу узнал его. — Это Советник Строггорн ван Шер. Он оперировал меня, устанавливал пси-входы. Но он ничего не делал с моей головой! Это точно.
— Думаю, здесь дело в чем-то другом, но я не смогу тебе помочь. — Нил, наконец, опустил глаза, стараясь больше не встречаться с Дигом взглядом. Он с горечью подумал, что у мальчика всегда был мягкий ласковый взгляд и, может быть поэтому, множество друзей. Все знали, что Диггиррен почти не выносит боли, его всегда щадили, и это сделало мальчика всеобщим любимцем. Нил со страхом подумал о том, как теперь воспримут его друзья.
Диггиррен вернулся в школу, стараясь смягчить взгляд, но очень скоро понял, что это невозможно. Целую неделю он пытался выдержать пытку изоляцией — его друзья едва не шарахались от него, а затем, сдавшись, разыскал Строггорна. Казалось, того это нисколько не удивило.
— Что ты хочешь услышать от меня?
— Всегда ли будет так? — Диггиррен смотрел прямо в глаза Строггорну. — И отчего это?
