Детишки в доме на холме полностью

Эрик, который готовил сэндвичи с арахисовым маслом и желе, поднял голову.

– Кто это? – спросил он, но Ви покачала головой.

– Никто, – сказала она, кладя трубку обратно на рычаги. – Ошиблись номером.

Телефон снова зазвонил.

– «Никто» решил перезвонить? – Эрик ухмыльнулся.

Ви театрально застонала и сняла трубку.

– Что еще? – прорычала она.

– Я знаю о Цоколе-западном.

Ви повернулась к брату спиной и даже вышла в коридор, благо длинный шнур телефона это позволял.

– Что вы знаете?

– Там проводятся эксперименты. На людях, на пациентах. И вам с сестрой это отлично известно, не так ли? Когда мы виделись в прошлый раз, Айрис сказала правду.

Ви молчала.

– Вы пробирались туда? Что вы там видели?

И снова Ви долго молчала. Наконец она спросила:

– Чего вы хотите?

– Мне нужны доказательства, Виолетта. Истории болезни, записи об экспериментах, фотографии. Без доказательств я не смогу ничего опубликовать.

– Так значит, дело в этом? В вашем проекте? В сенсации?..

– Нет, Виолетта. Все гораздо важнее. Речь идет о том, чтобы выяснить правду.

– А что хорошего в этой вашей правде? – угрюмо спросила она.

– Если в подвале совершаются преступления, мы сможем обратиться к властям, но нам нужны доказательства. Если доказательства у нас будут, Приют закроют и никого из пациентов уже никогда не будут подвергать… Как ты не понимаешь, Виолетта! Если то, что мне удалось узнать, – правда, это просто необходимо сделать. Мы должны это сделать!

Именно этого Ви и хотела, однако она продолжала колебаться.

– Ты сможешь добыть мне эти доказательства, Виолетта?

Ви прикусила губу. Что, если это – способ спасти Айрис?

– Если ты согласна, тебе придется действовать быстро.

– Почему?

– Мой источник в Приюте сообщает, что Цоколь-западный в ближайшее время будет переоборудован под кладовые, а все записи – уничтожены.

– Что? Кто? Какой источник? – спросила Ви.

– Я не могу тебе этого сказать, – сказала Джулия. – Но мне совершенно ясно: нам надо спешить, иначе никаких доказательств не останется вовсе. У меня такое чувство, что у нас остались считаные дни.

– Кто это звонит, Ви? – В коридор выглянул Эрик. В руках у него был нож, измазанный арахисовым маслом. Прикрыв микрофон рукой, Ви велела ему вернуться в кухню.

– Мне пора идти, – сказала она в трубку.

– Подожди!.. Не вешай трубку! – заторопилась Джулия. – Скажи мне еще раз, как звали твоего отца.

– Джексон, – прошептала Ви. – Джексон Хилдрет.

– И он был врачом? Ты точно знаешь?

– Да, врачом. Хирургом.

В отдалении хлопнула входная дверь. Это вернулась бабушка.

– Все, больше не могу говорить, – сказала Ви и, стремительно бросившись в кухню, опустила трубку на рычаги.

– Виолетта? – раздался бабушкин голос.

– Я здесь, в кухне. – Ви схватила кусок хлеба и стала торопливо намазывать его арахисовым маслом. – Сделать тебе сэндвич, ба? С твоей любимой колбасой?

– Нет, милая, не надо. Ты не знаешь, где Айрис?

– Наверное, наверху. Она говорила, что хочет немного полежать. А что?

– Я кое-что для нее приготовила. Хочу попробовать несколько новых упражнений. Мне кажется, они должны помочь.

Ви с трудом сглотнула.

– Сходи за ней, ладно?

– Конечно, ба.

– Я буду в лаборатории, в подвале. Пришли ее туда, только пусть сначала поест.

– Хорошо.

– Вот и молодец, – сказала бабушка. – Даже не знаю, что бы я без тебя делала. – Движением руки она взъерошила ей волосы, а Ви крепко прижалась к ней. Слова бабушки согрели ее, как горячий шоколад, как огонь камина, но это продолжалось недолго. Ви не могла забыть, что́ бабушка делала с пациентами.

Бабушка взяла ее за запястье.

– Я чувствую твой пульс.

Ви подумала, что должна вести себя естественно, и ответила тем же.

– А я – твой.

– У тебя хорошее сердце, Виолетта Хилдрет.

Ви выпустила ее руку и повернулась к лестнице, чтобы идти наверх, но остановилась.

– Ба?..

– Что?

– Айрис останется с нами, правда?

Бабушка посмотрела на нее и улыбнулась, но эта улыбка показалась Ви вымученной.

– Ну конечно, милая. Конечно, останется!

Но Ви знала, что она лжет.

– Послушай, что я скажу, Айрис! Это очень важно! Ты должна делать вид, что тебе помогают упражнения, которым бабушка научит тебя сегодня. Даже если они не помогут, ты должна притвориться, будто они…

– Притвориться?

– Да. Это важно. Пусть она думает, что, пока ты здесь, в доме, ты поправляешься. И еще… Что бы ни случилось, ты не должна ей показывать, что мы знаем правду. Не говори ей ни слова о тех записях, которые я взяла в Цоколе-западном.

Айрис не ответила.

– Ты же не хочешь снова оказаться в Приюте? В той страшной лаборатории? – Ви не хотелось угрожать, но другого выхода она придумать не могла.

Айрис яростно затрясла головой. Нет-нет-нет.

– Тогда ты должна притворяться. Ты должна вести себя так, чтобы бабушка думала, будто ее лечение помогло и ты идешь на поправку.

– Но как?..

– Для начала прими душ. Сними эту свою дурацкую шапку и вымой волосы. Надевай одежду правильно и вообще… веди себя, как все нормальные люди.

Это прозвучало грубо, но Ви знала – сейчас она должна быть грубой, должна заставить Айрис делать вид, будто она здорова и счастлива.