— О, верю, ты удивишься, — его улыбка была лишена веселья совершенно. — Это Роза из клана Либра.
Я медленно повторила женское имя, не сводя глаз с Гая и думая, вспоминая… Я слышала это имя не раз, некогда я повторяла его самостоятельного. Вот только когда именно?
— Шутить изволишь? — тихо поинтересовалась я, склоняя голову набок. В моём голосе было больше ужаса и яростного нежелания признавать сей факт, чем удивления. — Роза? Эта мечтательная, недалекая, но настырная девчонка, которая крутилась возле Индры? А более достойных кандидаток на место фаворитки босса Нойран не нашлось? Она же старше меня всего-то на пару лет!
Просто в голове не укладывалось! Роза из клана Либра. Некогда я её сватала собственному брату, и тут выясняется, что она перешла на рыбу покрупнее? Всякое бывает, конечно, но чтоб Иберия? Что с ним происходит? Когда у него так успел испортиться вкус?
— Ладно, признаю, это, в самом деле, удивительная новость, — после долгой паузы мрачно ответила я. — Как только выдастся свободная минутка, поздравлю отца с его чрезвычайным успехом у молодежи. Спасибо, что держишь меня в курсе личных дел Иберии.
— Ты что, вообще не въезжаешь в ситуацию? — несколько раздраженно прошептал Гай, словно мы уже стали сообщниками в каком-то подлом заговоре. — То, что происходит — не личные дела Иберии, а грёбаная политика.
— А я думаю, политикой здесь даже не пахнет. Ты видел эту Розу? Она совершенно точно не та женщина, которая может вскружить Иберии голову и манипулировать им.
— А ты её сама когда последний раз видела? Пять лет назад? Знаешь ли, время меняет людей.
— Не настолько.
— А насколько надо? — покачав головой, словно досадуя на моё невежество в амурной сфере, Гай произнёс: — Иберия уже давно потерял искренний интерес женщин, и до недавнего времени сам понимал это. Но когда внезапно перед тобой появляется молодая, красивая девушка, не перестающая убеждать тебя в своей любви и на каждом шагу восхищающаяся твоей гениальностью и силой… это, знаешь ли, кому угодно крышу снесёт.
— Только не Иберии, — упрямо отрицала я. — Он слишком умный для всей этой хрени… но даже если так! Предположим. Объясни уже, как это касается меня?
— Так, что у всей элиты, и у Розы в частности, на тебя большой зуб.
Я растерялась.
— Это вряд ли… да с чего ты…
— Либра — клан не особо богатый, но древний. И этот клан, как и все другие, несколько озадачен чередой решений Иберии, связанных с тобой. Он назвал тебя своей дочерью, отдал место Мельхома, а потом ещё и эта помолвка с Индрой. Ты хоть можешь себе представить, насколько вопиющим происходящее видится элите?
Его абсолютная серьёзность заставляла крепко задуматься.
Истинность слов Гая была вне всякого сомнения. Моё появление, пошатнувшее фундаментальные принципы элиты, принималось ими за унизительную пощечину. Гнев самых влиятельных людей Эндакапея на меня не ослабевал с годами, а лишь крепчал. Но это казалось мне таким же естественным явлением, как дождь: я не видела никакого смысла досадовать на него или бояться. Я была в безопасности. Ранее.
— Когда я последний раз был в Тавросе, там только о тебе и говорили, — продолжил глухо Гай. — И поверь, эти разговоры далеки от лестных. Как считаешь, долго ли Иберия будет отмахиваться от слухов о твоём предательстве?
— Каком ещё предательстве? — процедила я оскорбленно.
— Без разницы. Как только ты потеряешь последнее доверие (а ты его теряешь стремительно), Иберия придет за тобой, не поставив в известность, к какому часу его ожидать.
Глядя на медленно тающий в бокале лёд, я тускло улыбнулась.
Роза из клана Либра. Её семья интриганов. Теперь, получив от Иберии массу привилегий, они решили действовать решительно, и для начала справиться с главной проблемой всей аристократии — смыть с белоснежного полотна их чести и гордости вызывающее, грязное пятно. Меня. Они выбрали удачный момент для начала действий. Как только я покинула Таврос, перешли в наступление, так неторопливо, умело, расчетливо. Я могу лишь поразиться их настойчивости и намерению идти на какие угодно жертвы ради достижения цели.
Конечно, в этом заговоре против меня участвует не только Либра. Моё устранение пойдёт на руку всем, хотя бы потому, что Индра вновь станет свободным. А мне ли не знать, как много девушек желают назваться первой леди Эндакапея. Ведь ещё пара лет, и Иберия отдаст свою корону сыну.
Роза из клана Либра…
Всё это время я была под покровительством Индры, неприкосновенная собственность Нойран, мне благоволил даже Иберия. Кто я теперь? Командир армии, которая никогда не внушала доверия. Клана, славящегося своим гонором, непокорностью и многолетней борьбой с Нойран. Мой успех в завоевании уважения собственных врагов рассматривается теперь не как личная заслуга. По мнению элиты, я должна была сдохнуть уже в первый же день, иной же исход трактовался ими как предательство. И свою правду они будут старательно навязывать Иберии.
Безродная и «меченая» — факт, который почему-то становится ещё более явным по мере моего отдаления от тех, кого я называла своей семьёй.
