Следующие дни город представлял собой радостно-растревоженный улей. Немцы с сичевиками несколько раз пытались атаковать город, но неудачно. В Херсон стекался народ со всего Причерноморья. Весть о победе разнеслась по всем новороссийским губерниям, и люди шли сюда, чтобы дать отпор захватчикам – мужчины и женщины, говорящие по-русски и по-украински, с оружием и без него, но с мыслью, что врага надо наконец-то остановить любой ценой, хоть цена эта будет – жизнь.
Разнеслась еще одна радостная весть – в Николаеве началось восстание против захватчиков – николаевские докеры и матросы Черноморского флота ведут упорные бои с врагом. Ликование охватило защитников Херсона – не допустим врага на Черное море! Идем на помощь николаевцам! А потом на Одессу! И южные губернии станут Новороссийской Республикой! Черное море и Северное Причерноморье наше, не зря за него наши предки проливали кровь, отвоевывали море у турок. И такое лихорадочно-радостное настроение херсонцев было доминирующим над реалиями военно-политической обстановки.
Эльвира работала в совете. Ее, как образованного человека, Михайлович попросил вести протоколы заседаний совета, а позже «комитета пяти», руководившего вооруженным восстанием.
Сегодня в зале собраний присутствовали деятели всех партий города, всех слоев общества. Обсуждался вопрос о дальнейших действиях против оккупантов. Михайлович открыл собрание. Он кратко рассказал о героизме херсонцев и провозгласил в конце:
– Да здравствует социалистическая революция!
Одна часть зала из рабочих, солдат и матросов, радостно вскинула руки вверх. Другая часть промолчала, нервно стиснув руки.
От меньшевиков и эсеров выступал общий представитель. Он также вначале приветствовал победу революционных сил в Херсоне и сказал:
– Несмотря на наши разногласия с большевиками по вопросам дальнейшего развития революции, мы едины в том, что враг у нас один – немецкий империализм и националистическая украинская рада. Наши сторонники участвовали в боях за освобождение Херсона. Сейчас мы полностью вливаемся в ряды защитников, разногласия с большевиками нами забыты! Да здравствует революция!
Председатель земельных комитетов Херсонской губернии заявил, что продовольствие они городу поставят, и пообещал направить всех желающих, особенно бывших фронтовиков, на помощь Херсону.
В ответ на эти слова Михайлович встал и торжественно произнес:
– К нам, в Херсон, из соседней Таврической губернии прибыл крестьянский полк в тысячу человек во главе с товарищем Матвеевым. Спасибо нашим землякам за такую помощь! Давайте слово дадим товарищу Матвееву.
Зал бурно зааплодировал. Матвеев, грузный мужчина с окладистой бородой, встал и, комкая грубыми руками военную фуражку, глухим голосом стал ронять деревянные слова:
– Мы хотим вместе с вами бить этих… гадов… немцев и раду. Если их не рострощим вот здесь… они пойдут дальше… к нам. Таврия всегда была с Расеей… и мы все запорожцы… стояли на шляху врагов забором… мы раздавим всех басурман немецких и украинских… да здравствует революция! Земля все равно станет селянской!
Так неожиданно закончил Матвеев. Но ему бурно рукоплескали и кричали «ура»!
Потом слово попросил товарищ председатель херсонского дворянства Всеславский, мужчина лет пятидесяти, с холеным лицом. Встав перед залом, он развернул газету «Солдат и рабочий» и громко, с чувством стал читать: «Героическим ударом товарищи-фронтовики выбросили из ворот города наглую шайку немецких грабителей вместе с кучкой предателей Украины, наемников украинской буржуазии, как выбрасывают из комнаты противную ядовитую гадину».
Всеславский отложил газету и посмотрел в зал. Публика, вначале готовая принять его свистом, после услышанных газетных строк притихла и с вниманием слушала оратора. Всеславский понял, что он сумел заставить слушать себя, поломал лед недоверия толпы к дворянству, и продолжил:
– Я зачитал отрывок из вашей газеты, потому что хочу приветствовать доблестных защитников нашего родного города.
И снова в зале раздались крики «ура!».
– Настоящие патриоты России, несмотря на политические разногласия, должны объединиться перед лицом опасности отечеству. Я понимаю, как пишут газеты, – мы являемся классовыми врагами, а наш-то класс и хотят уничтожить. Но сейчас интересы родины должны быть выше классовых интересов, и все мы должны встать на ее защиту. Наше дворянское собрание решило поддержать патриотов отчизны и жертвует в фонд обороны города один миллион рублей, собранных по подписке.
Он повернулся к Михайловичу и протянул ему пакет, в котором лежали деньги. Поклонившись головой к залу, он сел на свое место.
Вначале зал, изумленный таким поступком своего классового врага, молчал, пока не раздался крик:
– Откупиться хотят за нашу пролитую кровь!
И зал, перед этим внимательно и уважительно слушавший выступления дворянина, возмущенно зашумел. Михайлович поднял руку, призывая всех к порядку.
