– Я не мог найти себе места. Каждый раз, когда я спускался вниз, мне казалось, что кто-то проник в мою комнату и нашел его. Он стал моим секретом, так что если меня не было в комнате, я околачивался где-то неподалеку – так, чтобы Руперта никто не нашел.
– И ты считаешь, что Вероника постоянно была поблизости, чтобы сохранить какой-то секрет?
– Но ведь ни о какой сестринской привязанности речи не идет? Она ни слова не говорит об их прошлом, то есть там есть нечто, что она хочет сохранить в тайне. А мы уже выяснили, что Белинда была склонна к импульсивным поступкам, так что, может быть, Вероника хотела ее контролировать. Естественно, что она знала о всех передвижениях сестры, но почему это надо скрывать от нас? Она раздула сущий пустяк до настоящей проблемы.
– Ну и ну, Брайант! – заметила инспектор.
– Да. Я и так знаю, что мои наблюдения всегда проницательны, полны смысла и попросту бесценны. Кроме того…
– Ты попытался спрятать морскую свинку от своей матушки.
Брайант негодующе фыркнул. А Ким шутила, потому что в его словах был смысл. Но что же, черт возьми, Вероника старалась сохранить в тайне?
– Брайант, у меня к тебе только два вопроса. Ты что, рассказываешь мне все эти истории для того, чтобы успокоить?
Потому что они ее действительно успокаивали.
– Скажу так – я боюсь тебя в гневе, когда мы один на один или в закрытом помещении. Так что считай это самозащитой.
– И последнее – что случилось с Рупертом?
– Мне удавалось хранить этот секрет целую неделю. Всю ее я провел в своей комнате, а не с друзьями. А в понедельник утром ма спросила, не собираюсь ли я отнести клетку в школу, и сказала, что надеется, что каникулы мне понравились.
– Брайант, честное слово… – Ким рассмеялась.
Она не договорила, услышав звонок своего телефона.
– Стейс, скажи же мне, что ты нашла что-то стоящее, и спаси меня от историй Брайанта о том времени, когда он…
Констебль прервала ее, и пока она говорила, глаза Ким раскрывались все шире и шире.
– Черт побери, Стейс, – сказала инспектор, когда коллега закончила. – Отличная работа.
– В чем дело? – спросил Брайант. Они как раз подъехали к парковке возле больницы.
– Разворачивайся и вези меня назад в дом Белинды. И побыстрее.
– Зачем? – спросил сержант, объезжая парковку.
– Затем, что Стейси сделала мне роскошный подарок. И сейчас я наконец сотру эту улыбочку с физиономии Вероники.
Пенн ничуть не удивился, увидев детектива-инспектора Тревиса, который ждал его у выхода из допросной.
– Ну?
В его вопросе сержанту послышалась тревога, смешанная с надеждой.
– Честное слово, командир, я совершенно не понимаю, что здесь происходит, – Пенн покачал головой. – Сейчас она вернулась к своему изначальному заявлению. Клянется, что он был дома вместе с ней.
Тревис отступил к стене коридора, давая пройти двум констеблям. Прежде чем заговорить, он подождал, пока они отойдут на достаточное расстояние.
– И почему же она вдруг опять поменяла показания?
– Испугалась, узнав о трупе соседа, найденном на железнодорожных путях.
– Что само по себе может не иметь к делу никакого отношения, – заметил инспектор.
Пенн согласно кивнул, хотя и считал, что ни один из них этому не верит.
– Ну, а как твой внутренний голос? На этот раз она говорит правду? – поинтересовался Тревис.
– Она явно чего-то боится. Руки трясутся, голос немного дрожит, и клянется она жизнями своих детей. Да и спеси у нее поменьше, чем в те два предыдущих раза, когда мы встречались.
– Пенн, это полный залет. Мы по горло в дерьме, и без лопаты.
– Согласен, сэр. И чтобы хоть как-то сдвинуть это дело с мертвой точки, мне необходимо поговорить с одним человеком. Предупреждаю, что вам это может не понравиться.
Войдя в бунгало, Ким в холле столкнулась с Вероникой. Неподвижное лицо женщины напряглось.
– Инспектор, меня это начинает утомлять, а у меня еще очень много работы.
Ким достала свой полицейский значок и подняла его в воздух.
– Полиция! – громко крикнула она. – Для всех объявляется перерыв. Немедленно.
Две уборщицы, стоявшие рядом, недоуменно оглянулись.
– Убирайтесь! – рявкнула Стоун, и комната мгновенно опустела.
Впервые она увидела на лице Вероники неуверенность.
– Почему вы не сказали нам всей правды о Белинде? О том, что она сама была вундеркиндом? И участвовала в самом первом конкурсе «Брейнбокс»?
Вероника отступила на шаг и оперлась рукой о только что очищенную крышку серванта.
– Прошу прощения, но я не понимаю, как эта информация может помочь в поисках убийцы.
– Не валяйте дурака, мисс Эванс, – ведь мы обе знаем, что вы далеко не глупы. Вы знали, что она собиралась на это мероприятие, и предпочли ничего не сказать нам об этом. И только теперь мы узнали, как тесно она была связана с «Брейнбокс». Белинда была гениальным ребенком, так?
Вероника молча кивнула. Казалось, она не доверяет своему голосу.
– Вы не хотели, чтобы она туда ехала?
И опять женщина молча покачала головой.
– Да говорите же, ради всего святого. Мы знаем ваш секрет, но убей меня бог, если я понимаю, для чего его надо было так тщательно охранять.
