– Чего-чего, – кисло усмехнулся я в ответ. – Хреновый из меня медик. Ни разу никого не зашивал.
– Не переживай, я вытерплю.
– Может, для анестезии виски дерябнешь?
– Что? – к моему великому изумлению, оказалось, что Ричард вполне сносно говорил по-русски, правда, смысла некоторых слов не понимал. Почему он ранее этого не показывал, я не понял. Наверняка у него были основания, например – вдруг я о чем проболтаюсь, думая, что он меня не понимает.
– Говорю – хоть водки выпей, чтоб больно не было.
– Это да, это можно, – Дик распахнул дверцу навесного кухонного шкафчика и вынул полупустую бутылку виски. Не глядя, он плеснул половину чайной кружки огненной жидкости и залпом выпил. – Fuck! – произнес он осипшим голосом.
– Силен! – похвалил я. – А теперь терпи.
Я раздавил ложкой на столе таблетку, которую вручил Дик, вроде бы какой-то сильный антибиотик. После, присев на стул, медленно отодрал окровавленные тряпки от раны англичанина. Длинный, но неглубокий ножевой порез на спине. Ричарда подловили, когда он в ожидании сигнала вышел за стаканчиком кофе в местный Старбакс. От удара ножом он почти увернулся, но клинок всё же зацепил.
Получившийся порошок я высыпал в рану и взялся за простую швейную иголку с грубой черной ниткой, стерилизованных в том же виски, которое чуть ранее выступило анестетиком.
Шить по живому мне еще не доводилось. Иголка очень туго шла, поэтому пришлось взяться за предложенные Диком плоскогубцы. С ними пошло легче, но только для меня, Ричард матерился на своём наречии и, навалившись на стол, грыз кулак, чтобы не закричать.
– А откуда ты русский язык знаешь? – спросил я, чтобы отвлечь пациента.
– На службе выучил, – скрепя зубами ответил он.
– На какой? – иголка с натягом вышла из края раны и потянула нить через мясо.
– На службе Её Величества.
– Армия? Спецслужбы?
– Всё вместе…
– САС? – выдал я единственное что знал, об английском спецназе.
– Почти…
– Ну не хочешь, не говорю. Пущай потом сюрприз будет, – усмехнувшись, я сделал последний стежок и завязал несколько узелков. – Ну всё, почти как новый.
– Спасибо, теперь приложи эту тряпку, – он подал сложенный в несколько слоев бинт, пропитанный какой-то медицинской жидкостью, – и примотай её.
– Про первую помощь там же узнал?
– Да…
Я закончил бинтовать, и взглянул на англичанина. Сильный человек. Я, наверное, не смог, вот так, на своих ногах отстоять всю эту экзекуцию, а этот, хоть и морщится, но в обморок не падает.
– Что будем с Янеком делать? – спросил я, когда Ричард залпом выпил еще одну кружку с виски. – Не оставлять же его в машине?
– А почему бы и нет? Сейчас холодно, с телом за ближайший месяц ничего не случиться, оно в машине как в морге пролежать сможет, – Дик взглянул на меня. – А потом мы им займемся. Сейчас опасно, можно попасться после переполоха в городе.
– И что ты предлагаешь? Закидать машину снегом, чтобы никто на сугроб внимания не обращал?
– Да, – англичанин аккуратно и медленно присел на деревянный стул. – Сейчас мы тут закончим, и ты пойдешь его прикапывать.
– А Люк? Когда он приедет?
– Не сегодня. Я написал ему СМС, чтобы он с работы до послезавтра, ни в коем случае, не высовывался. Лишние случайные подозрения ни нам, ни ему не нужны.
– И что будем делать? – я плеснул остатки из бутылки к себе в кружку и сделал небольшой глоток.
– Подготовим вендетту.
– Чего?
– Месть, – медленно ответил Дик, подбирая каждое слово. – Надо отомстить за наших друзей.
– Кому? Ты знаешь кто это всё устроил?
– Тут без вариантов. Это Момчил нас сдал.
– Кто это?
– Дальний родственник Борислава, ну того, у которого мы должны были сегодня забрать ребенка. Наркоман и шваль. Задолжал кучу денег всем вокруг, из-за этого плотно сидят на крючке у многих. Именно через него я получал всю информацию по Крогучу, где, что куда… Только он знал о деле!
– Ты хочешь сказать, что вся эта бойня была затеяна, чтобы мы не выкрали ребенка для настоящих родителей?
– Ты еще не понял? Это очень хороший, сверхдоходный бизнес, приносящий миллионы евро в год. Менее доходен, чем оружие и наркотики, но зато абсолютно легален. И многие готовы этот бизнес охранять. Даже такими методами. К тому же, Крогуч лишь один, не самый внушительный представитель из румыно-болгарского синдиката, занятого этим делом. Понимаешь?
– И что сейчас?
– Надо их как следует проучить,– и пристально взглянув в мои глаза, добавил. – Испачкаться в крови не боишься?
– Нет, – я понял, к чему он клонит.
– Пойдем за мной.
Ричард с кряхтением поднялся на ноги, и захромал к лестнице на второй этаж. Поднявшись на один пролет, он остановился и указал на вязаный коврик, украшавший эту небольшую площадку.
– Убери.
Я повиновался. Под ковриком оказались толстые и широкие паркетные доски. Дик показал мне где их удобнее подковырнуть. Под ними оказалась черная спортивная сумка.
– Бери и пошли.
Сумка оказалась тяжелой, в ней явно находилось нечто металлическое. И я не ошибся. Как только она очутилась на кухонном столе, Ричард расстегнул молнию и начал выкладывать на деревянную столешницу оружие.
