— Доброе, леди Селена, — безмятежно улыбнулся старый эльф, снимая плащ и вешая его на спинку ближайшего стула. И поклонился сразу всем: — Доброе утро.
Удивление Трисмегист скрыл — заметила хозяйка Тёплой Норы, которая сама выдохнула с облегчением, зная, кого он навещал. Но, кажется, учёный эльф заинтересовался причиной странного сборища, да ещё с самого утра. В кабинете присутствовали не только Джарри и братство — в том числе и Коннор, забившийся в самый угол, — что значило, он снова “младший”. Здесь же сидели Колр, Бернар и недавно прощённый и вновь допущенный к совещаниям Тёплой Норы храмовник Ильм, а также деревенский маг Ривер.
— Случилось что-то, о чём я не знаю? — деликатно спросил Трисмегист.
— Случилось, — с небольшим раздражением ответила Селена. — Но для начала я бы хотела узнать от тех, кто знает здешнее положение дел: откуда в пригороде появилось столько доморощенных некромантов и некромагов?
— Рано утром приехал Перт, — вполголоса объяснил-таки Джарри Трисмегисту, — сказал, что идея со школой-интернатом не оправдала себя, потому что пригородная гильдия некромантов буквально терроризирует их школьников. Даже помощь Чистильщиков пропадает втуне.
— Поэтому меня интересует, откуда столько некромантов появилось, — сухо повторила Селена. — Пригород всегда был пустым. Прятались в нём и от машин, и от одичавших оборотней. И вдруг выясняется, что в нём полно магов определённой специальности. И не из Старого города. Не профессионалов. Но, тем не менее, довольно сильных и опасных. Кто объяснит мне — откуда они взялись и почему им нужны дети?
— Попробую объяснить я? — спокойно спросил маг Ривер. И кивнул, улыбнувшись Селене. — Всё просто. До сих пор в развалинах пригорода прячутся призраки тех, кто погиб в войну с магическими машинами. Специальность некромантов и некромагов сейчас очень сильно востребована, потому что родные погибших хотят либо похоронить своих родственников, либо упокоить их. Профессиональные некроманты и некромаги — я имею в виду магов Старого города, — берут за свои услуги огромные деньги. Эти же, доморощенные, берут гроши, поскольку знают: работы им хватит на несколько лет вперёд. Отсюда… Все некроманты и некромаги сбились в эту гильдию дилетантов и свой кусок хлеба пытаются защитить организованно, хотя они, по своей сути, стихийны.
— Н откуда они знают своё ремесло?
— Старики учат тех, у кого есть дар. Учат немногому — основам, которые знают сами. Ученики обучаются далее самостоятельно, пока проводят практические ритуалы по просьбе родственников погибших. Так в пригороде появилась гильдия нищих некромантов, у которых есть оплачиваемая работа.
— А дети?! — воскликнула Селена, сжимая руки. — При чём тут дети? Зачем они им нужны?!
— Дети — часть работы некромантов, — пожал плечами Ривер. — Чтобы вызвать призрака, чаще всего нужен предмет, связанный с погибшим человеком или оборотнем. Только дети могут за таким предметом пролезть в развалинах по таким ходам, куда не решится влезть взрослый некромант.
— Но это опасно! Опасно для детей!
— Зато сытно, — с горечью сказал Рамон, Чистильщик, которого Трисмегист сразу не заметил. — Городской совет продолжает всё своё внимание уделять городу — тем его сторонам, которые сильно пострадали в войне. И то, что в пригороде полно бездомных ребятишек, пока никого не волнует.
— Они используют только человеческих детей? — с тревогой уточнила Селена. — Или берут и оборотней?
Её поняли: обернувшийся малыш-оборотень легко проникнет в любую дыру. Но ведь в зданиях, покинутых жильцами, а потому обветшавших, опасно. Такой дом может обрушиться в любой момент. Прецеденты были.
— Нет, оборотней не берут, — ответил Ривер. — Нужны дети с магическими способностями. Даже самыми маленькими — на уровне магического видения. Только они увидят нужный предмет, от которого идут пространственные линии, подсказывающие, кому принадлежал тот или иной предмет.
— И сколько человек набрали в ученики некромаги Перта?
— На подготовительном курсе их около восемнадцати-пятнадцати, кажется, — сказал Чистильщик. — Все, естественно, разновозрастные. Кое-кого отсеяли — не самых талантливых. Морганит сказал — остались отобранные. Сильные. Давно работавшие с опытными магами пригорода.
Селена помолчала, раздумывая. Главный вопрос боялась задать. Но была вынуждена, потому что этот вопрос — начало к следующему действию. Сглотнула, мельком взглянув на Коннора — он не успел отвести хмурый взгляд, и она к собственному страху добавила злость. И поэтому перестала тянуть.
— Что будет со школой-интернатом?
Вот тут Рамон ссутулился, и Селена ещё больше заподозрила, что намечается нечто подлое. Чёрт… Или она так привыкла от некромагов-храмовников ждать подлянки, что не сомневается, что та будет?
— Пока дети не являются учениками храма, вне его стен некромаги не могут предъявлять свои требования к ним, — тихо сказал Ильм. — Они уже расспрашивали детей, хотят ли те в храм. Ответом было полное неприятие.
Селена внимательно посмотрела на Белостенного.
