— И сказал Львёнку Орёл: «Никогда не говори, что ты самый смелый. Встретишь более смелого. Никогда не говори, что ты самый сильный. Встретишь более сильного!»
В сгущающихся сумерках Селена заметила, что чуть поодаль шевельнулось что-то светлое. Не стала всматриваться, лишь потом, когда глаза привыкли к сумеречной дали, поняла, что под ветвями крепчуга стоит Белостенный страж, Седум.
Когда сказка закончилась и дети посмеялись над Львицей, которая влюбилась в выросшего Львёнка и тому пришлось изменить свои правила для любимой, Вильма непререкаемым тоном велела ясельникам шагать в дом. Следом неохотно потянулись и ребята постарше. А рядом с Селеной наконец уселся Джарри.
И тогда, не оборачиваясь, она позвала:
— Седум, что-то случилось?
Удивлённый Джарри, устраивавший поудобней на своих коленях засыпающего младшего сына, оглянулся.
Белостенный вышел из тени крепчуга и встал перед скамьёй.
— Вы рассказали странную сказку.
— Садитесь, — кивнула на место рядом Селена. — И чем она вам показалась странной? Обычная сказочная история со своей моралью.
Седум помешкал и сел.
— Вы как будто говорили о нас, — сказал он после долгой паузы. — О Белостенных.
— А вы считаете, что Белостенные самые мудрые, самые сильные и самые…красивые? — насмешливо спросила Селена.
— Не переворачивайте, — вздохнул Седум. — Вы поняли, о чём я. Сегодня старшие ученики Белостенные решили, что они самые-самые. А им легко утёрли нос. Почему?
— Не надо было его задирать! — фыркнула Селена. — И вы просто забыли о простой истине, о которой я вас уже предупреждала: ваши ученики учились у преподавателей. Наши мальчишки — учённые самой жизнью. Большая разница для тех, кто повторяет идеально заученные приёмы, и для тех, кто эти приёмы отточил в настоящем бою.
— Скорее, я до сих пор поверить в это не могу, — пожал плечами Белостенный. — В то, что ваши мальчики прошли войну, оставшись вне городских стен.
— Селена! Звонил Рамон! — выскочили из темноты мальчишки и удивлённо замолкли при виде Белостенного.
— Я, пожалуй, пойду, — поднялся было тот.
— Нет, вы тоже должны услышать новости, — сказал Коннор. — Рамон — это Чистильщик. Он позвонил, чтобы предупредить: в городе сейчас лучше не появляться. Начались беспорядки — и очень сильные. Вампиры собрали отряды из оборотней и нападают на эльфов и тех, кто им сочувствует. На улицах перестрелки и драки. Громят дома и поджигают. Рамон сказал, что снова позвонит, когда всё успокоится.
— А Эван сказал, чтобы мы передали его привет Колру! — вспомнил Мика.
— Эван — это кто? — тихонько поинтересовался Белостенный.
— Тоже Чистильщик, человек, — сказал Джарри. — Однажды он был вынужден, как и вы, переночевать здесь, и ему понравилось, как Колр проводит тренировки. Неплохой такой спарринг у него был с драконом.
— Сейчас вы скажете, что человек победил, — иронично сказал Седум.
— Нет, Эван проиграл. Но с тех пор они постоянно обмениваются приветами.
— Человек и дракон?.. Странная дружба. Я бы понял, если б это была женщина.
— Хм…Благородство в крови Колра, — хмыкнула Селена, невольно поддевая Белостенного. — Он судит о любом существе не по тому, к какой расе тот принадлежит, а по его качествам.
— Вы считаете — эльфы неблагородны? — покосился на неё страж.
— А что такое, по-вашему, благородство, Седум? — неожиданно для себя полюбопытствовала Селена. — Для меня — это самые замечательные качества любого существа, которые он проявляет по отношению к любому другому существу. А что скажет о благородстве эльф?
— Благородство — это чистая кровь и сильный род… — начал было Белостенный и замолчал, хотя было видно, что поначалу он настроился на долгое перечисление.
Смеяться Селена не стала. Ей показалось, Седум вспомнил то, что при нём повторилось уже не раз: белые одежды ещё не гарантируют чистоту помыслов.
После секунд неловкой тишины ушли мальчишки, а Белостенный спросил:
— А почему вы сказали, что тот Эван был вынужден переночевать здесь?
— Началась вторая волна магических машин, — медленно, вспоминая, сказал Джарри. — Под неё попали несколько наших детей по дороге сюда. Мы сделали защиту и пошли на выручку. А в том месте, где ожидали увидеть только детей, нашли ещё и Эвана. Они вместе попали в ловушку. Привели сюда всех. Эвану повезло, что с ним были наши дети, которых мы вычислили. К сожалению, его товарищи погибли, защищая детей от машин.
— Хотел бы я знать, что такое война… — задумчиво сказал Седум, а потом пожелал семейным спокойной ночи и ушёл.
Семейные посидели немного в тишине, прислушиваясь к приглушённым голосам из дома. Селена только хотела встать, как теперь уже Джарри спокойно сказал:
— Ну? Долго вы там прятаться будете? Выходите уж.
Тихие смешки в темноте, шорохи и шелест шагов — и в небольшом свете от столовой во двор появились мальчишки из братства.
— Вы что — подслушивали? — изумилась Селена.
