Вторая, которая не давала забыть о себе даже среди суматошных порой дел: будет ли результат после просмотра снов и воспоминаний? Тот результат, на который они все в Тёплой Норе надеются. Изменятся ли Белостенные?.. Нет, Селена предполагала, что в душах эльфов, увидевших воспоминания тех, кто прошёл войну в пригороде и в приграничье, как Хельми и ребята из команды Сири, что-то сдвинется, и жизнь для них будет не такой, какой она им представлялась до сих пор. Но…Проклятый вопрос: сумеют ли эти парни и девушки понять, что во время испытаний врагу плевать на расы? И — что эльф, что оборотень — погибают одинаково под танковыми гусеницами войны?
И почему бы в мирное время не разделяться на тех, кто почему-то считает себя выше, и на тех, кто почему-то оказывается ниже? И жить единой семьёй всем тем, кто живёт в одном городе?
И грустно усмехнулась. Если уж в её когда-то собственном мире лучшие философы и политики не сумели переломить ситуацию…
Лёгкие шаги — почти бег по тропинке. Дверь садового домика резко распахнулась.
— О, Селена? — удивился Мика. — А ты чего здесь?
Его почти втолкнули в домик, после чего мальчишки, улыбаясь, уставились на Стена, а Коннор шагнул вперёд и, взяв младшего брата на руки, сел рядом с Селеной.
Остальные, включая Вереска, устроились вокруг них.
Коннор ткнул пальцем в нос братишки, дождался его смешка и спросил:
— А правда, мама Селена, почему ты здесь?
— Коннор…Вы предупредите Белостенных, что они ощутят всё, что увидят, на собственной шкуре?
— Конечно, — сказал Мирт. — Мы же не убийцы. Там такие страхи…Обязательно предупредим. И ещё. Трисмегист предложил чередовать воспоминания так, чтобы наши ребята-оборотни в них чаще были.
Колин вдруг перестал улыбаться и отвернулся. Селена посмотрела на понурившуюся тёмно-рыжую голову. Что заставили вспомнить и пережить Колина? Смерть маленького друга, с которым вместе сбежали из детского дома во время его эвакуации? Нападение старика, одичавшего оборотня, который едва не убил мальчишку?
Хельми положил руку на его плечо, и Колин постепенно успокоился.
— Тебя что-то волнует? — не отступал Коннор.
— Меня волнует, как сработают ловушки для снов.
— Мама Селена, — вздохнул мальчишка-некромант, покачивая младшего. — Не думай об этом. Мы решили так: неизвестно, сколько нам с этими Белостенными жить в одной деревне, пока в городе беспорядки. Но мы не хотим, чтобы внутри нашей защиты были наши враги. Пусть их всего-навсего двенадцать, но мы хотим здороваться с ними. Мы хотим, чтобы они не прятались от нас, а мы — от них. Пусть они с нами бегают, как бегает Корунд, который гораздо старше них. Пусть они подружатся с Азалией, которой тоже интересно пообщаться с ними. Да и всем нам интересно. Если ловушки для снов сработают таким образом, этого нам хватит. Пусть всего двенадцать эльфов в городе — но будут за нас. Уже здорово.
— Мы хотим с ними дружить, но если не получится, хотя бы спокойно жить рядом, — добавил Мирт. — Мы же видели, как им понравились наши дельтапланы. И чтобы они не боялись бегать на наш пруд.
— Ага, — сказал и Мика, разглядывая робота с вывинченными ручками. — А если захотят, могут и порыбачить. А то что это такое — всё за них будем делать! А если в городе вся эта заварушка затянется, они нам помогут картоши собирать!
Мальчишки расхохотались. Только Вереск улыбался — лишь поддавшись заразительности их смеха, но явно не понимая, в чём дело. Успокоившись, ему объяснили, что такое картоши и как это здорово — их собирать.
— Ладно, — отсмеявшись, сказала Селена. — Успокоили. Ну, что? Идём относить им ужин? Или вы уже не боитесь за меня?
Загомонив, мальчишки встали и проводили хозяйку места к Тёплой Норе. Здесь отловили Вильму. Девочка-маг в сопровождении Моди только что вернулась с толпой ясельников с пруда и прямиком завела всех на детскую площадку при доме. Здесь-то мальчишки из братства и попытались вручить ей Стена. Расстроиться Вильма не успела. Рядом с нею возникла, всё ещё с мокрыми волосами, Лада, кивнула Коннору и взяла из его рук корзину с младшим братом.
Деловито отвернувшись к Тёплой Норе, будто не заметив, как девочка и мальчишка улыбчиво переглянулись, Селена подумала, что отдать Стена Ладе — и в самом деле замечательная мысль.
Через пятнадцать минут Мирт открыл перед нею дверь в учебно-гостевой дом.
Не успела Селена оглядеться в гостиной, как навстречу ей заторопился Седум, чтобы взять из её рук тяжёлый бидон.
— С чем вы к нам этим вечером? — неловко улыбнулся Белостенный.
— Боюсь, что с войной, — ответила хозяйка места.
Сидевшие в креслах трое учеников насторожились.
Минуты три потратили на приготовление удина в столовой, после чего Селена и братство вернулись в гостиную и сели на диван так, чтобы видеть всех собравшихся учеников Белостенных. Колин оглянулся на своих и выложил на столик, за которым ученики от нечего делать играли в детскую игру с магическими паззлами, двенадцать браслетов.
