— Коннор, ты идёшь? — от входной двери спросил Мика. — Мы в мастерской собираемся.
— Чуть позже, — отозвался мальчишка-некромант.
В кабинете на веранде Джарри плотно закрыл дверь, переглянулся с Колром.
— Селена, что случилось? Возле заводи мы столкнулись с тремя мужчинами, вид которых был довольно бледен. Судя по всему, они заблудились и не знали, как выйти из леса. Мы проводили их до опушки. Когда они узнали, что мы живём в деревне, они как-то странно замялись и ещё больше побледнели… — Он с усмешкой покосился на Колра. — Особенно после того как заметили в нашей компании дракона.
Колр только лениво ухмыльнулся.
— В общем, мы поняли, что кто-то из наших столкнулся с ними, — закончил Коннор.
Успокаиваясь на воспоминании, Селена сама не заметила, как рассказала всё: и о поставщиках, и о разговоре с Ривером, и об обещании Трисмегиста.
После потрясённого молчания (только не Колра) чёрный дракон сказал:
— Вы знаете, что Трис-смегис-ст появилс-ся здес-сь пос-сле пребывания у Вальгарда? Мне нужен Ривер. Мы с-сходим к с-старику и выяс-сним примерные координаты крепос-сти Вальгарда. Я выйду к нему межпрос-странс-ственными переходами и узнаю вс-сё, что нам надо. Вальгарду тоже может не понравиться перевес-с с-сил, вызванный неес-стес-ственным ходом событий.
— А ведь и правда, — удивлённо сказал Джарри. — Я только сейчас прикинул, что может произойти, если развязанная война пойдёт не так, как придумали вампиры. Драконам снова придётся драться, защищая нас. Колр, но ведь с окончания войны с машинами и года не прошло? Драконы не заинтересованы в новых военных действиях.
— Нет, не заинтерес-сованы, — сказал Колр, и в душе Селены вспыхнула надежда. Драконы что-нибудь придумают! Они не любят вмешиваться в дела простых смертных, но они сильней, чем эти смертные!
— Я сейчас сбегаю за Ривером, — вскочила она со стула.
— Нет, мама Селена, скоро начнётся обед, — остановил её Коннор. — Мы с ребятами чуть опоздаем на него. Колр, Риверу надо подойти к вашему дому?
— Да, можете с-сказать магу, что дракон приглаш-шает его отобедать вмес-сте.
А когда Коннор выбежал из кабинета, хозяйка места вспомнила о не менее главном для всей Тёплой Норы и деревни.
— Как вы думаете, те трое или подобные им ещё раз сюда явятся?
— Вряд ли, — задумчиво, явно вспоминая, сказал Джарри. — Когда они со всех ног удирали от нас, чего мы до твоего рассказа не понимали, было видно, что они сюда больше ни шагу.
— Спасибо, — с облегчением сказала Селена и пошла к двери. Мужчины вставать и не думали. Кажется, после её ухода они хотели наедине обговорить текущие и проявившиеся дела.
Переход с веранды через короткий коридор в гостиную ознаменовался странным запахом. Нет, Селена привыкла, что в гостиной, несмотря на распахнутые в жаркий летний день окна, кроме солнечных запахов усталой травы, постоянно пахнет детским потом. Ну, плюс ко всему сейчас пахнуло ещё и из столовой — сытными запахами горячего и жареного. Но в волне запахов она уловила неприятный, острый запах чего-то знакомого, чего быть здесь не должно.
Огляделась. Ребята повзрослей ещё не все собрались в гостиной в ожидании обеда. Зато малышня вся. Наверное. Сгрудилась в своём уголке, изучает что-то.
Так, не видно Вильмы.
— Кто-нибудь знает, где Вильма?
— Волчата Тибра покусали Вади, — объяснил Хаук. — Она повела его на второй этаж, чтобы прижечь укусы.
Селену это сообщение немного озадачило: Вади, сам оборотень, дал себя укусить? Потом сообразила. Дети играли — и не заметили, как покусали друг друга. Это потом, когда Вади вернулся в человеческую форму, он заметил кровоточащие ранки. Или заметила Вильма, которая тут же воспользовалась возможностью попрактиковаться в полученных от Бернара знаниях и умениях. Что ж. Кажется, малыши без неё неплохо соблюдают дисциплину…Но запах…
Приглядевшись, хозяйка места обратила внимание, что малыши, кажется, собрались посидеть на любимом ковре. Только Гарден и Риган, заложив руки за спину, слегка склонились с краю, словно наблюдая за тем, что происходит в центре ковра. Недоумевая, почему они так притихли, предполагая, что они собираются слушать Ирму или её игру на лиире, Селена осторожно подошла к ним и взглянула.
На распластавшемся, вздыхающем от безнадёги Пирате сидели Ирма и Моно (видимо, как самые тяжёлые), между ними устроился двойняшка Вилл. Берилл обеими руками с трудом удерживал собачий хвост в неподвижном положении. Оливия, раскрыв от напряжения рот, раскрашивала этот хвост светло-золотой краской из банки, которую для неё держал Брин, малыш-человек. Остальные малыши легли на собачьи лапы, чтобы те не трепыхались, а девочка Илмари обнимала башку Пирата, что-то нашёптывая ей утешительное.
Время от времени Ирма тихонько напоминала:
— Оливия, Вильма скоро спустится! Давай быстрей!
— Нельзя, — вздыхала девочка-эльф. — Краска брызгается!
— Зато красивенько! — наставительно говорила волчишка. — Я же говорила — у тебя получится!
Собачьи глаза застыли на хозяйке места, узнали, и Пират душераздирающе воззвал о помощи.
